Слепая вера

Навстречу шла девушка, с головы до пят завернутая в черную одежду. Открытыми оставались только глаза. Еще вчера я отнеслась бы к ее виду спокойно. Но сегодня мои толерантность, терпимость взорвались и разлетелись искрами молчаливого негодования. Я только что дочитала книги афганского писателя Халеда Хоссейни. Этого автора всей нашей редакции порекомендовала ветеран журналистики Екатерина Тюлепбергенова. Роман «Бегущий за ветром» заставил меня задуматься о собственном прошлом, о чести, покорности и предательстве. «Тысяча сияющих солнц» раздавила и оглушила сценами жестокости, насилия, несправедливости.

Оба произведения рассказывают о многолетней войне в Афганистане, некогда мирной стране с гранатовыми деревьями и шумными базарами. Сначала по городам и селам прошли советские танки, потом талибы, которых население встретило как освободителей. Но артобстрелы и бомбардировки сменились религиозным засильем. Новая власть во сто крат приумножила нищету, голод, разруху. Больше всего досталось женщинам. Законы Исламского Эмирата Афганистан запрещали населению петь, танцевать, рисовать, смотреть фильмы, играть в шахматы. Мужчины обязаны были отрастить бороду, носить чалму и исламскую одежду. Женщины могли выходить на улицу только в бурке (паранджа со «смотровым окошком»), в сопровождении мужа или родственника. Нельзя было пользоваться косметикой, надевать украшения, красить ногти, смеяться на людях, смотреть в глаза мужчинам. Девочкам запрещалось учиться, женщинам – работать. Бесправные женщины за малейшее нарушение правил подвергались суровому телесному наказанию, тюремному заключению или смертной казни. За подозрение в супружеской измене их прилюдно забивали камнями. Обо всем этом с болью рассказывает Халед Хоссейни.

Сомневаюсь, что прошедшая мимо меня девушка хочет жить по таким законам. Возможно, для нее черный платок и платье до пят – следование моде или игра по своим правилам. Когда же она поймет, что в нашей стране можно следовать законам Всевышнего и жить с открытым лицом, можно учиться, работать, иметь собственное мнение и прямо смотреть в глаза людям? Самое страшное, что она – мать. В коляске перед ней сидела маленькая девочка. Пока еще без платка и черной паранджи…