Прохлада осени

 

Об авторе
Сагадат Ордашева родилась в 1984 году в Бостандыкском районе Ташкентской области Республики Узбекистан. Выпускница филологического факультета Казахского Национального педагогического университета имени Абая. Лауреат Международного фестиваля творческой молодежи «Шабыт». Автор сборника рассказов «Кек жуған». Редактор отдела духовно-познавательного журнала «Үш таған». 

 

 

Тусклые лучи золотой осени, мелькая, льются из окна. Понемногу солнечный свет набирает силу, пытаясь приласкать личико сладко спящего Бекарыса. Мальчик отворачивается от лучей, но не может увернуться от ласкового голоса мамы: «Вставай, солнышко, пора в садик». Мать стягивает белое, пушистое одеяло, вызывая прохладное дуновение, складывает его в сторонке, настойчиво приговаривая:
— В садике же хорошо, с друзьями встретишься, научишься писать и читать, стихи разучишь. А что дома? Шырак ведь не даст тебе спокойно играть, задергает совсем. Просыпайся, солнышко, коркемтайым.
Она легонько взъерошила волосы ребенка, нагнувшись, вдохнула родной запах. Сынок избалованно прильнул к плечу мамы.
— Мой хороший, твоя воспитательница не зря заставляет много писать. Как же ты пойдешь в школу, если не выучишь буквы? Ты уже большой мальчик, слушайся свою апай.
— Не хочу в садик.
— Почему не хочешь? Там же хорошо. Или тебя ругают воспитатели?
— Не-е-т.
— Будут ругать, если не будешь слушаться, не будешь стараться. Учись писать буквы.
— Сколько еще дней осталось?
— Еще три дня, потом суббота и воскресенье, дома останешься.
За разговором мама наспех одевает ребенка, подает ему чашку теплого молока с медом. Бекарыс, как обычно, глубоко вздыхает, словно готовясь вступить в схватку, хмуро смотрит за окно на пасмурный, прохладный день. Затем они идут по узкой тропинке через дворы многоэтажек, входят в детсад. Невольно обращают внимание на мелькающие вразнобой руки, головы детей, выполняющих утреннюю зарядку. Бекарыс прошел в свою группу, нехотя встал в строй и, пока мама не исчезла из виду, поглядывал на воспитательницу, которая выполняла наклоны из стороны в сторону в центре комнаты, громко и надоедливо повторяя: «Раз, два, три». Все его внимание  приковано к матери. Она обернулась, глянув на сына. Он помахал ей вслед.
* * *
Тусклые лучи золотой осени, мелькая, пробиваются из окна. Понемногу солнечный свет набирает силу, пытаясь приласкать лицо сладко спящей пожилой женщины. Она отворачивается от лучей, но не может увернуться от ласкового голоса сына: «Мамочка, просыпайся, мама». Белое одеяло, покрывавшее старушку, сползает, его крупные, белые пальцы гладят морщинистое лицо. Затем приглаживают серебристые волосы, легкие и безжизненные, как белый осенний ковыль. Женщина переворачивается на правый бок, согнувшись, поднимается с постели, сын поддерживает ее под руку.
— Маматай, я же говорил тебе много раз, что там хорошо, будешь с людьми общаться, здоровье свое проверишь, настроение у тебя поднимется. И сноха твоя, и я на работе целый день, дети то в школе, то на кружках, дома не бывают. Какая польза от того, что с самого утра до поздней ночи ты в окно глядишь, глазам покоя не даешь? А там постоянно под наблюдением врачей, они тебя на руках носить будут. В субботу, воскресенье я отпрошу тебя, заберу домой. Об этом даже не беспокойся.
— Ой, балам, да что там хорошего?
— Мама, ну почему ты так говоришь? Там мероприятия, праздники разные проводят. На свежем воздухе будешь чаще прогуливаться. А дома ни выйти одной тебе, ни зайти, одни проблемы. Общаться будешь.
—  Сколько еще дней осталось?
— До выходных три дня. Через три дня, в субботу и воскресенье дома будешь.
Ее Коркемтай стал солидным мужчиной с авторитетным животиком. Двигается легко и быстро. За разговором торопливо одел мать. На голову повязал белый платок с узорчатой каймой. Новенький камзол, белое батистовое платье с казахским орнаментом так и переливается на ее фигуре. Сгорбившись, она выпивает чашку молока с медом, которую подал ей Бекарыс. Сын успевает стереть с губ матери капли молока. Тяжело вздохнув, старушка с досадой смотрит в окно, на пасмурное осеннее небо.
Вдвоем они садятся в большой черный джип и едут по извилистой, каменистой дороге. Подъехали. Сын под руку заводит маму в Дом престарелых. Перед зданием, на площадке, выстроившись в ряд, выполняет утреннюю зарядку группа стариков и старушек, наклоняясь то вправо, то влево. Вразнобой двигаются руки под жесткий, надоедливый голос: «Раз, два, три». Оставив маму в этом строю, Бекарыс, уходя, мельком оглянулся. Мама махала ему вслед.

Сагадат Ордашева
Перевод
Гульсым НАЗАРБАЕВОЙ