Парадоксы Жаманшина

Знаменитое место падения метеорита в Иргизском районе вызывает интерес у российских ученых, казахстанцы же предпочитают сделать его объектом привлечения туристов. А между тем образцы пород из уникального кратера
растаскиваются приезжими туристами.

Пришелец из космоса.
Актюбинскому планетарию в январе исполнилось 50 лет. В честь этого юбилея в городе побывал доктор геолого-минералогических наук, профессор Российского университета нефти и газа имени Губкина, академик РАЕН, писатель Павел Флоренский. В центре пропаганды астрономических знаний он поделился со студентами и журналистами свежими впечатлениями об очередной поездке на кратер Жаманшин. Вместе с ним в экспедицию на уникальный природный объект вошли актюбинский геолог Ярослав Бойко, преподаватели и студенты Омского университета. Поездку организовала местная фирма «Зере-тур», развивающая внутренний туризм.
— В истории человечества случаются события колоссального значения, например, когда на землю падают космические тела. В этот момент выделяется небывалое количество энергии. На территорию Иргизского района упал громадный кусок астероида размером до 500 метров, при этом скорость была далеко за пределами звуковых. В момент удара возникло высочайшее давление, в сотни тысяч атмосфер. На доли секунд вещество пережило давление и температуру выше пяти тысяч градусов, как в центре Земли. На современном уровне технического развития такого достичь невозможно, при такой температуре все испаряется. Падение произошло по геологическим меркам недавно — миллион лет назад, поэтому все сохранилось. Мы берем образец стекла из почвы, а на нем отпечаток глины. Как он упал, так и лежит с тех пор. Это абсолютное стекло, в нашем окне не такое. Температура плавления кварца 1 700 градусов, он даже вспенился, как вода в сковороде, — восхищается Флоренский. Доктор посвятил немало публикаций любимому объекту изучения, в своих работах указывает первоначальное название урочища — Жибынин тау.
Впервые на необычную структуру в Иргизском районе геологи обратили внимание ровно 80 лет назад. Ученые Всеволод Вахрамеев и Александр Яншин во время геологических съемок в 1937-1939 годах обнаружили в пластах кайнозойской эры породы палеозойского периода. Это показалось им странным, и первоначально они предположили, что столкнулись с последствиями извержения вулкана.
Подробности давно минувших лет согласился обстоятельно вспомнить Ярослав Бойко. Он рассказал, что в 1960 году актюбинский геолог Борис Пилия провел здесь геологическую съемку в масштабе 1:50000, чтобы проверить предположения о перспективности на металлические полезные ископаемые. Вместо них впервые обнаружил стекла в виде капелек и массивных глыб. Не-обычные породы вызвали много вопросов, поэтому образцы отправили в Московский институт нефтехимической и газовой промышленности, где работал Флоренский.
— Он показал находку своему дяде, известному в ту пору планетологу. Тот посоветовал племяннику глубже заняться темой, предположив космическое происхождение неизвестных образований, что они либо прилетели, либо образовались при ударе о землю какого-то небесного объекта, — делится Ярослав Бойко.
Такое мнение не сразу приняло научное сообщество, но в 1966 году район урочища впервые был осмотрен с точки зрения метеоритной гипотезы. Нашли чистый лешательерит. Стекла и шлаки отнесли к импактитам — горным породам, переплавленным при ударе и взрыве метеорита, их назвали жаманшинитами. Стеклянные капли и брызги — к тектитам, впервые найденным на территории Казахстана. Их назвали иргизитами.
В 1975 году на побережье Северного Ледовитого океана, вблизи залива Хатанга в России, была обоснована космическая природа кратера Попигай. Его диаметр 100 километров. Здесь в большом количестве обнаружили алмазы. Сразу появилось предположение, что алмазы возможны и на Жаманшине, диаметр которого около 15 километров.
ПГО «ЗапКазгеология» приступило к геофизическим работам с целью найти какие-нибудь полезные ископаемые на аномальной структуре, об алмазах вслух не говорили. Начали бурить скважины, рыть канавы длиной 5-10 метров, шурфы до 2,5 метра. Вокруг кратера на снимках разглядели кольцевые структуры меньшего размера, диаметром 250-300 метров. Летом 1977 года сюда из Москвы приехала комплексная геолого-физическая экспедиция Комитета по метеоритам Академии наук СССР. Тогда и произошла первая встреча Ярослава Бойко с Павлом Флоренским.
— Он приехал за материалами, которые мы ему подобрали. Посмотрев на них, как сейчас помню, воскликнул: «Фантастика!» После этого он предложил подключить к исследованиям Омское любительское общество метеоритчиков, в его составе тогда впервые к нам приехал десятиклассник Володя Корупко, с тех пор он часто бывает на Жаманшине. Вот и на этот раз он приезжал, — продолжает Бойко.
Действительный член Уральской академии геологических наук Ярослав Бойко в те годы работал в аэрокосмогеологической партии и составлял карту поверхности. Поступали изображения структуры и из космоса. Через два года было научно подтверждено космическое происхождение структуры, а в 1980 году Флоренский выпустил книгу «Метеоритный кратер Жаманшин».

Объект мирового значения.
— В промежутке времени с 1984 по 1987 год в центре структуры были пробурены три скважины глубиной около одного километра. Предположили, что раз стекла есть на поверхности, то на глубине кратера найдем большие линзы. К сожалению, бурение не подтвердило эту версию, никакого обнадеживающего результата мы не получили, лишь встретили единичные капельки иргизитов. Работы на время заглохли, но интерес к кратеру периодически возникал. В какой-то момент к исследованию структуры подключались другие ученые. Они привнесли новые идеи, новые предположения, факты, — делится подробностями давно минувших дней ветеран геологии.
Из Ленинграда приехал доктор геолого-минералогических наук Виктор Масайтис, в свое время окончательно подтвердивший космическое происхождение Попигая. Совместно с ним обновили карту и выпустили четыреста экземпляров путеводителя на русском, английском и краткое резюме на казахском языках, двести из них были переданы в Актюбинский геологический музей.
Энергичный доктор геолого-минералогических наук Эмиль Изох из Новосибирска также настаивал на продолжении исследований. Перед приездом в Актюбинскую область он побывал во Вьетнаме. Оттуда привез массивные стекла, похожие на жаманшиниты, но капелек, названных иргизитами, там не нашел. В своих научных трудах он утверждал, что вьетнамские стекла и казахстанские жаманшиниты принесены на Землю кометой, которая, несколько раз обогнув нашу планету, рассыпала свои образования на Жаманшин, Вьетнам, Америку, Европу, Австралию.
Изох составил программу комплексного изучения кратера и создания специализированной геологической карты большего масштаба, где детально расписал дальнейшие действия. Он свободно владел английским и списался с зарубежными геологами. В итоге этой переписки осенью 1989 года на Жаманшин в рамках международной экскурсии по импактным кратерам, геохимии импактных стекол и тектитов приехали ученые из Канады, США, Франции, ФРГ. Они согласились, что данная структура имеет космическое происхождение. Совместно скорректировали ранее принятую программу изучения астроблемы с целью уточнения ее внутренней структуры, времени возникновения, реконструкции процессов импактного кратерообразования. Договорились о создании международного объединения для изучения кратера. Возникла идея создания туристического центра на самом кратере для привлечения специалистов и любителей. И даже начался сбор по 15 долларов в международный фонд. Но все эти действия прекратились в 1991 году, как и исследование структуры. С распадом Советского Союза интерес к Жаманшину угас.
— Тем не менее «ЗапКазгеология» своими силами продолжила изучение мелких структур, окружающих кратер, их насчитали около пятидесяти. Дело в том, что, когда падают метеориты, остаются космические каменные или железные вещества, здесь пока ничего не обнаружено. Только в глинах повышенное содержание никеля и иридия, которые обычно присутствуют в метеоритах, что еще раз подтверждает космическую природу структуры. Пробурили несколько стометровых скважин, к сожалению, ничего не подцепили, но подтвердили, что это действительно воронки, откуда были выброшены песок с глиной и образованы валы. На этом все закончилось, — не скрывает своего сожаления собеседник.

Охота за иргизитами.
К этому чувству в последнее время стала примешиваться и тревога. Она вызвана, как это ни странно, строительством трансконтинентальной магистрали «Западная Европа — Западный Китай». Она проходит в пяти-шести километрах от астроблемы. В сентябре 2008 года экспедиция областного историко-краеведческого музея посетила кратер. Это была организованная поездка, но никто не отслеживает увеличение потока диких туристов к объекту, ставшему доступным.
— В 1980 году Володя Корупко привозил студентов из Омска поездом в Челкар, потом автобусом они ехали в Иргиз, оттуда пешком добирались непосредственно до кратера. Жили в палатках. Я четверть века не был на Жаманшине и во время недавней поездки увидел, как много испортили дикие туристы. Предположу, что их привлекают капельки-иргизиты. Ажиотаж создает вера, что они лечат от болезней суставов, хотя это никем не доказано. Флоренский рассказывал, что в Москве есть место, где ими торгуют, — объясняет Бойко.
Он и его коллеги более всего переживают, что уникальная астроблема не интересует нынешнее поколение казахстанских ученых. Это как в известной фразе: что имеем не храним, потерявши — плачем. Ведь тянет постоянно что-то российских ученых на Жаманшин. Вот и на этот раз Павел Флоренский из Москвы полетел в Омск, а оттуда с группой в Иргизский район. Неужели только ради того, чтобы в очередной раз посмотреть? Чем-то кратер им до сих пор интересен.
— Я не раз говорил, что Жаманшин по своей значимости равен месторождению, хотя здесь нет нефти или руды, но что-то есть, раз он привлекает россиян. На начальном этапе выдвигались разные идеи о происхождении, затем негласно искали алмазы, но то, что обнаружили на Попигае, здесь не нашли. Дважды отработали участок, по нашим данным, есть лишь спутники алмаза, но их твердость 9-9,5 карата, у алмаза 10. Нынче наука ушла далеко вперед, изменились возможности поиска, технологии, — обращает внимание геолог.
Необходимо сохранить объект, а для этого поставить на серьезную основу его охрану. На этом геологи настаивали в разговоре с руководством Иргизского района. Это требование регламентировано постановлением правительства Республики Казахстан за № 657 от 30 июня 2005 года «Об утверждении перечня геологических, геоморфологических и гидрогеологических объектов государственного природно-заповедного фонда республиканского и международного значения, правил их ограниченного хозяйственного использования на особо охраняемых природных территориях, а также перечня участков недр, представляющих особую экологическую, научную, культурную и иную ценность, отнесенных к категории особо охраняемых природных территорий республиканского значения». Под номером 25 в этом документе значится кратер в урочище Жаманшин.
Простая ограда бесполезна. Нужен патруль. Для этого необходимо установить в урочище вагончик для человека, который на лошади будет регулярно объезжать охраняемый объект. Фиксировать всех, кто будет появляться здесь. В лучшем случае, по мнению Ярослава Бойко, каждый собравшийся на Жаманшин перед поездкой должен зарегистрироваться в Иргизе, объяснить в уполномоченном органе цель поездки. Уезжая, он непременно должен показать все, что увозит с кратера. Расточительному отношению нужно поставить заслон.
Кратер Жаманшин мог бы стать не только охраняемым национальным парком-заповедником, но и прекрасным учебным полигоном для практики студентов, где могут закрепляться знания по литологии, тектонике, геокартированию и планетологии. Определенные средства могли бы быть получены от создания здесь международного туристического, как планировали Изох и Масайтис, центра, хотя бы в летние периоды, — заключает Ярослав Бойко.

* * *

В заключение предлагаю впечатления журналиста-географа Георгия Осадчего (ныне покойного), несколько лет назад побывавшего в этом уникальном месте. «Автобус останавливается, и мы спускаемся к Жаманшину. Пейзаж, и без того унылый, осенью и вовсе не радует. В глаза в первую очередь бросаются жаманшиниты. Вешние воды постепенно вымывают и вымывают их из почвы. На Жаманшине они преимущественно черного цвета, хотя встречаются и других цветов: все зависит от пород, в которые ударялось небесное тело. Вот плоские, стеклообразные образцы, вот — куски пемзы, в которой запечатлились даже пузырьки плавившейся породы. Дно Жаманшина, несмотря на то, что сюда очень сложно добраться, имеет вид обжитой территории. Колодец с водой, какая-то особая технологическая установка, наводящая на мысль, что кто-то здесь зачем-то производит промывку горных пород. «Может, золото ищут», — предположил кто-то из нас. Может, и золото, только непонятно, почему это происходит на Жаманшине, который входит в список особо охраняемых природных территорий Казахстана. Странно и другое: как и в случае с Айдарлы-аша, Жаманшин, имея всемирное значение, на республиканском уровне ничем не отличается от обычных природных памятников. Да, Жаманшин не особо красив. Но Жаманшин — это прикосновение к тайнам прошлого. Тем и дорог. Практически всюду, где в кратере на поверхности лежат жаманшиниты, найдены следы открытых стоянок: разбросаны сколы, отщепы, нуклеусы, плоские двусторонние (бифасиальные) наконечники дротиков длиной 5-10 см. Орудия такого же типа, но из других материалов широко распространены в Казахстане и Средней Азии и датируются эпипалеолитом — 10-12 тысяч лет до нашей эры. Орудия третьей группы сделаны из более крепких и вязких кремней, привозимых из конкреций, распространенных в известняках датского возраста Приуралья, Устюрта и особенно Мангышлака. Эти орудия представлены хорошо обработанными наконечниками стрел, скребками, отщепами, ножевыми пластинами и т.д. длиной, не превышающей 2-5 см. Они повсеместно распространены также на обширных окружающих территориях, особенно на Мангышлаке, и относятся к культуре микролитов неолита, возраст которой 3-4 тысячи лет до нашей эры. Дальнейшее исследование древней индустрии из импактитов кратера Жаманшин может поставить его в ряд уникальных археологических объектов. Есть и еще один аспект участия археологов в изучении тектитов: необходимы анализ археологических сбросов и поиски в них возможных тектитов и импактитов среди орудий и амулетов. Таким образом, кратер Жаманшин — уникальное место не только в геолого-минералогическом, но и в географическом и археологическом отношении. Это позволяет надеяться, что со временем здесь будет создан комплексный заповедник».

Жанат СИСЕКЕНОВА