Быть нужным людям

Дело, по которому я посетил руководителя областного Общества Красного Полумесяца Нурлана Удербая, должно было занять максимум несколько минут, но в итоге, отключив телефон и на время забыв обо всех делах, я более двух часов с интересом слушал рассказ человека о времени, профессии и о себе.

Бывших врачей не бывает
Времени было, как всегда, в обрез. Поговорив с аксакалом минут пять, я торопливо встал из-за стола и тут же замер от острой боли в спине.
Успел лишь уловить, как лицо моего собеседника, добродушно улыбавшегося секунду назад, мгновенно преобразилось, выражая собранность, решительность. В один миг он оказался рядом. Одной рукой цепко ухватив меня за плечо, другой прошелся по спине, больно перебирая железными пальцами позвоночник. Через секунду там что-то хрустнуло и боль исчезла.
— Что это было? — удивленно спросил я, продолжая стоять полусогнувшись, но уже не чувствуя боли.
— Вам надо обязательно обратиться к специалистам, — улыбнулся он в ответ. — Говорю это как бывший врач и хирург, впрочем, врачи бывшими не бывают.
— Т-а-а-к, — протянул я, осторожно опускаясь на стул. — Нурлан Мергалиевич, будьте любезны, выкладывайте, что вы говорили о своей профессии?
Через минуту я с интересом слушал захватывающую историю человека, отдавшего профессии спасателя человеческих жизней 20 лет, а затем начав жизнь с чистого листа, он сумел сделать вторую профессию такой же любимой.
— Я ведь хирург, а эта профессия остается с человеком навсегда, определяя его судьбу на всю оставшуюся жизнь, — охотно начал свой рассказ аксакал. — Тот, кто хоть раз в жизни испытал то единственное чувство, которое хирург испытывает за операционным столом, не забывается никогда.

Жизнь на пределе
Родился он в 1947 году в Хобдинском районе, в 1971 году окончил Актюбинский медицинский институт и вместе с молодой супругой Акторкой, тоже выпускницей медвуза, вернулся в родное село, где стал работать терапевтом и позже — хирургом. В здании райбольницы на 85 коек располагались инфекционное, детское, терапевтическое, хирургическое и гинекологическое отделения.
— Слава Богу, хоть туберкулезная больница находилась отдельно, — вспоминает Нурлан ага. — У нас не было реаниматолога, анестезиолог Лидия Штраус делала эфирно-масочный наркоз, действующий на пациентов не более получаса. Если не успевали уложиться в срок, больной приходил в себя и начинал кричать от боли.
— Делая, к примеру, вскрытие брюшной полости, приходится вначале разрезать шесть слоев человеческой плоти, а на это нужно время, — объясняет Нурлан ага. — Не обходилось и без летальных исходов, каждый хирург несет на своих плечах тяжкий груз прервавшихся жизней. Главный хирург области Анатолий Лепик, знакомясь с молодыми коллегами, спрашивал в лоб: «Сколько у тебя за спиной трупов?».
Не всегда удавалось молодому хирургу Нурлану Удербаю спасать жизни. Однажды в больницу с тяжелейшими травмами поступила шестилетняя девочка. Ребенок, по которому полчаса назад буквально проехался тяжелый грузовик, счастливо улыбался чему-то и пел.
— Все, можешь снимать перчатки, — обреченно и зло произнес готовившийся вместе с Нурланом к операции старший коллега Алибек Шегриев. — Она в коме, и это уже агония, — с горечью добавил он в ответ на его немой вопрос.
Нурлан на всю жизнь запомнил тихий голос ребенка и слова колыбельной, которую она напевала.
Сельский хирург должен владеть не только скальпелем. Нурлану Мергалиевичу приходилось быть одновременно травматологом, урологом и даже онкологом.
— Работать приходилось порой на пределе сил, — вспоминает Нурлан ага. — Однажды, когда заканчивалась очередная суточная смена, вызвали на экстренный случай в операционную. Операция была несложная, но следом подоспела еще одна, а потом еще. В итоге я вышел из больницы, проведя с небольшими перерывами в операционной более двух суток. По дороге домой уснул на ходу и упал прямо на дороге. Если бы пробегавшая мимо собака не подняла громкий лай, замерз бы насмерть.
В 1978 году он стал заместителем главного врача Хобдинской районной больницы. Теперь приходилось не только стоять за операционным столом и проводить приемы, но разъезжать по селам и проверять работу двадцати амбулаторий, фельдшерских и акушерских пунктов.

Испытание на прочность
В 1982 году Нурлана Удербая назначили главным врачом Иргизской районной больницы. Вместе с ним в Иргиз на самолете санавиации вылетел глава областного здравоохранения Леонид Сенкевич. Он должен был представить молодого 34-летнего руководителя районному руководству.
Причем, как заметил аксакал, за штурвалом старенькой «Аннушки» сидел сам руководитель облздрава.
— Вот такие у нас были хирурги и руководители, — смеется Нурлан Удербай. — Для их рук были привычны как скальпель, так и штурвал самолета.
Через неделю семья начала обустраиваться на новом месте. А Нурлан Мергалиевич с плохо скрываемой тоской обходил свои владения. Радоваться было нечему. В штате числились один гинеколог и два хирурга. Невропатолога, окулиста, лорврача, которые были необходимы как воздух, не было. В родильном отделении туалет не работал, роженицы при необходимости пользовались ведрами.
— В первую очередь занялся туалетом в родильном отделении, надо было полностью менять трубы, — вспоминает Нурлан ага. — Нашедшаяся после долгих поисков выгребная яма оказалась заполненной до краев. Уговорил двоих сельчан, сверх оплаты каждую неделю ставить им по две бутылки водки, иначе бы не согласились.
Когда ударили первые морозы, обнажилась еще одна проблема.
— Из трех котлов в котельной еле-еле работал один, — вспоминает Нурлан ага. — После небольшого расследования выяснил, что кочегары продавали уголь сельчанам за водку и регулярно напивались «в хлам». Увольнять и обращаться в милицию не стал, припугнул их и заставил работать как следует. Котлы авральным методом отремонтировали в кратчайший срок.
В ту первую зиму удалось даже заменить проваливающиеся деревянные полы в палатах на бетонную стяжку и застелить поверх новым линолеумом.
— Чтобы привести все в порядок, у меня ушло три года, — признается ветеран. — И это время вспоминается как одна сплошная проблема, впрочем, не обходилось и без курьезов. Помню, «выбили» мы в Актюбинске трубы отопления, погрузили в грузовик, отправили в Иргиз и уже ночью выехали следом на УАЗике. «Нуреке, а это не наши трубы лежат?» — спрашивает вдруг мой водитель. Я присмотрелся, прямо на дороге лежит несколько труб, через километр увидели еще несколько, потом еще и еще. Пришлось срочно догонять грузовик, возвращаться, по пути собирая в кузов пропажу. Всю ночь провозились с этим.
Следующие шесть лет главного врача Иргизской районной больницы Нурлана Удербая прошли в долгих командировках по селам района, сотнях часов за операционным столом, бессонных ночных дежурствах и решении будничных проблем.

Человек эпохи социализма
В 1988 году ему предложили заняться, казалось бы, совершенно другим делом.
— Назначили руководителем областного Общества Красного Креста, сейчас оно называется Обществом Красного Полумесяца, — делится мой собеседник. — Вначале испытал шок: я два десятка лет жил медициной и вне ее себя не представлял. Но после того, как вник в суть дела, пришло понимание, что, по большому счету, это одно и то же — спасение человеческих жизней. Вот уже три десятка лет руковожу нашим обществом милосердия, как я его называю, и работу свою люблю так же, как полюбил когда-то медицину.
Не так давно почетному гражданину Хобдинского района Нурлану Удербаю исполнилось 70 лет, он получил из рук акима области заслуженную награду Родины — медаль «Ерен еңбегі үшін». Первую свою награду, медаль «Шапағат», он получил в 1999 году.
Нашедший свое призвание в профессии хирурга и считающий любимой свою нынешнюю работу, аксакал уверен, что ему повезло в жизни.
— Я, наверное, сильно тосковал бы по любимой профессии, но вовремя понял, что помогать людям можно не только за операционным столом, — делится мыслями почтенный ветеран. — Главное — быть нужным людям. Но моя жизнь сложилась бы совсем по-другому, если бы все это время рядом со мной не была моя верная спутница, супруга Акторка. О ее жизни можно написать отдельный роман. Все эти годы, работая акушер-гинекологом, она помогла появиться на свет более тысячи младенцам. Вместе мы вырастили троих детей. Один из сыновей пошел по нашим стопам. Он доктор медицинских наук, работает в одной из известных клиник Астаны.
Память у аксакала Нурлана Удербая крепкая. Он всегда предельно собран, четко и ясно выражает мысли, донося суть так, что у собеседника не остается вопросов.
— Я — человек эпохи социализма, — шутит аксакал, и в этом, наверное, есть доля правды.


Санат РАШ

Фото из личного архива Нурлана УДЕРБАЯ

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

Код безопасности *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.