Сталина, которая поет

Когда на сцену Дома дружбы выходят солисты украинского национально-культурного центра «Оксана», зал замирает от предвкушения их выступления. Среди всех голосов самый звучный у Сталины Балюры. Женщина с интересной судьбой, кому на рождение подарок преподнес сам вождь народов, которая пела вместе с Президентом страны и общалась с двумя главами государств одновременно.
Сталина Балюра всю свою сознательную жизнь посвятила искусству. Сорок лет она проработала в сфере культуры. Еще двадцать лет была солисткой НКЦ «Оксана». Целая филармония в одном флаконе, как охарактеризовали ее коллеги по цеху.

Знаменательные встречи
В апреле Сталина Сергеевна отпраздновала свое 90-летие. Одним из самых дорогих подарков для нее стал именной торт, адресованный ей от всего центра «Оксана». «Такое признание дорогого стоит», — говорит именинница.
В свой юбилей Сталина Балюра вспоминает знаменательные события жизни.
Во время одной из рабочих поездок Нурсултана Назарбаева в Актобе Сталина Сергеевна на открытии Дома дружбы вместе с Президентом спела песню на украинском «Ридна мати моя. Ты ночей не доспала». А после, когда Глава государства внезапно вдруг затянул песню из кинофильма «Весна на Заречной улице», тут же подхватила куплет.
Годами позже, уже на открытии Свято-Никольского кафедрального собора в Актобе, в дни пятого международного форума приграничного сотрудничества, Сталина Балюра в разговоре с президентами двух стран — Нурсултаном Назарбаевым и Дмитрием Медведевым — поблагодарила двух лидеров за мир и благополучие, царящие в странах.
— Я рада, что живу в стране, где нет войн и разрухи. Наши дети и внуки растут в мире, не знают голода, и дай Бог, чтобы мы и дальше жили в процветающем государстве. Я всю жизнь прожила в Актюбинске. Казахстан стал моей второй родиной. И если мать Украина родила, то отец Казахстан вырастил, воспитал и дал мне путевку в жизнь, — призналась тогда женщина.

От Сталина — Сталине
18 апреля 1928 года. В семье Балюра родилась дочь. Своему первенцу секретарь обкома комсомола 20-летний Сергей Балюра решает дать имя в честь вождя пролетариата. С этой целью он отправляет Сталину телеграмму с текстом: «Прошу Вашего разрешения назвать свою первую дочь Сталиной. Обещаю вырастить ее верной и преданной делу партии». Уже на другой день из Москвы пришел ответ: «Поздравляю с рождением дочери. Желаю растить ее достойной этого имени». К телеграмме прилагался и подарок — огромная кукла.
— Так меня и стали звать Сталина. А телеграмму в семье хранили до тех пор, пока бумага сама не рассыпалась в прах, — рассказывает Сталина Сергеевна.

Киев бомбили.
Нам объявили, что началась война…
— Западная Украина. Курорт Моршин. Нас было четверо: папа, он работал бухгалтером на самом курорте, мама, сестра-хозяйка того же курорта, я и брат Владимир. Мне было 13 лет, когда началась война, — начинает повествование рассказчица. — Как сейчас помню, было воскресенье. Отец ранним утром собирался идти в горы на охоту на диких кабанов. А тут туча на небе набежала, и как громыхнуло. Мама стала отговаривать отца, но он все равно уехал. Спустя некоторое время папа вернулся, весь черный и какой-то осунувшийся. Наказал матери быстро собираться. Тогда прозвучавшее слово «война» еще не вселяло ужаса, который мы испытали буквально через несколько часов после того, как покинули родной дом. Как оказалось, навсегда. Папа ушел на фронт в тот же день. Всех врачей с курорта сразу же мобилизовали. А их детей, восемнадцать человек, поручили моей матери. Она должна была развезти их по родственникам в другие города.
Володя лежал в больнице. Его накануне прооперировали. Так, на носилках, с торчащими из живота трубочками и несли его сначала из больницы домой, потом до станции. С двадцатью детьми, старшей из которых была я, с братом на носилках мама повела нас до станции. Шли долго, практически сутки мы провели под землей, в катакомбах, а наверху разрывались бомбы, свистели снаряды. Так мы дошли до станции, где нас погрузили на товарняк и отправили в Саратов.
Не передать словами весь ужас вой­ны, что довелось увидеть детям своими глазами. По дороге встречались обозы с тяжелоранеными солдатами. Мертвые лежали на полях. Живые в это время тащили на себе технику. На станциях дети смотрели, как в вагоны грузили раненых солдат: одних заносили на носилках, другие, в окровавленных бинтах, сами пытались залезть в вагон. И непрекращающийся стон в округе.
В Саратове Катерине Максимовне — маме Сталины — удалось пристроить к родственникам 14 детей. Оставшихся четверых они повезли в Казахстан. Туда же, собственно, направлялась и семья Балюра.

Вдали от фронта
— 7 ноября 1941 года. Спустя четыре с половиной месяца нас сгружают с товарного вагона на станции Бестамак. Вокруг тишина: ни рокота самолетов, ни грохота от разрывающихся бомб, ни стонов раненых, ни разорванных на части осколками снарядов туш скота. Блаженная тишина. И свежий воздух. После запаха гари мы вдыхали его и не могли надышаться, — продолжает вспоминать Сталина Сергеевна.
По распределению военкомата нас направили в колхоз имени Горького. Местные жители встречали нас, раздетых и голодных, с сочувствием в глазах. Первым делом напоили молоком и поделились скудным куском хлеба. Затем нас переселили в колхоз имени Ленина.
В колхозе дети учились и работали: пахали в поле на коровах, работали на сеялке. Зимой этих же коров приходилось доить три раза в день. Бывало, что и в сорокаградусные морозы. За работу расплачивались пшеницей.
Проблема была в общении. Мы не знали ни русского, ни тем более казахского языков. В школе первое время все смеялись над моим произношением. Когда приходилось отвечать у доски, класс заливался от смеха, — на мгновение рассказчица замолкает.
Через полтора года с начала войны с фронта вернулся отец. Слепой. Зрение ему удалось восстановить частично. Но, несмотря на это, он устроился работать бухгалтером в колхозе. Здесь, в селе, родители Сталины Балюры и прожили всю свою жизнь. В родной Киев они не вернулись.

Я — счастливый человек
По окончании школы Сталина решает поступать в Алма-Атинский институт кинематографии. Была у нее мечта — стать актрисой.
— Конкурс я не прошла. И вот, расстроенная, еду в трамвае по Алма-Ате. Смотрю, институт иностранных языков проезжаем. На остановке выпрыгнула и в приемную комиссию. Экзамены уже закончились, и студенты собирались на сельхозработы. Я стала упрашивать, умолять комиссию, чтобы допустили к экзаменам. Упросила. Заперли меня в кабинете и дали задание: написать сочинение на тему «Нас вырастил Сталин на верность народу, на труд и на подвиги нас вдохновил». Настрочила на двадцать листов. В итоге зачислили на факультет французского языка, — рассказывает Сталина Балюра.
Но доучиться ей не удалось. Из-за проблем со здоровьем на втором курсе пришлось бросить учебу и вернуться домой.
В Актюбинске по направлению горкома комсомола зачислили Сталину в школу ФЗУ. Работала она здесь под руководством Мукаша Кенбаева, которого считает своим наставником. Затем была работа в филармонии.
— С концертами мы колесили по командировкам по всему Казахстану. Выступали на базе, в коровниках, в степи, юртах. Во время командировок спали в палатках. Зимой от точки до точки добирались на верблюдах. Прижавшись к животным, ночевали в степи. Несмотря на усталость, давали концерты. Ведь люди нас ждали. Для них наши выступления были единственным развлечением в степи, — делится воспоминаниями женщина.
Работая в филармонии, Сталина познакомилась со своим мужем Виктором Меркушевым. Виктор был баянистом в концертной бригаде. Под его аккомпанемент и исполняла Сталина свой репертуар.
Когда в семье родились двое детей, Сталина с мужем перевелись в Дом культуры металлургов, где она работала руководителем цеховой рабочей самодеятельности. После возглавила Дом культуры строителей. Оттуда вышла на пенсию. Но и на заслуженном отдыхе Сталина Сергеевна продолжала выступать — теперь уже в составе ансамбля при украинском национально-культурном центре «Оксана». Под ее началом был организован детский фольклорный ансамбль «Барвинок», солисты которого и сейчас успешно выступают на городских концертных площадках.
— Я — по-своему счастливый человек. Всю жизнь меня сопровождала музыка, — признается Сталина Сергеевна. — Песня помогала мне в трудные периоды. Стоило затянуть куплет, и все передряги уходили на второй план. Сын был у меня музыкантом. Дочь, как и я, вокалист, сейчас руководит в Германии церковным хором. Любовь к музыке и у внуков. Пока позволяло здоровье, я выступала с центром на всех концертах. Но, думаю, буду еще петь на радость людям.
Айжан ШАУКУЛОВА

Фото из семейного архива Сталины БАЛЮРЫ и архива «АВ»

Новости "АВ"