Патриот земли актюбинской

Ростислав Сегедин был большим другом областного историко-краеведческого музея. В год 85-летия области в календаре памятных событий этой организации нашлось место и для познавательной встречи «Мой город в объективе…», организованной в детской библиотеке имени Нурпеиса Байганина. Здесь были выставлены фотографии, фотоаппараты, некоторые личные вещи именитого геолога по профессии и фотографа, краеведа и патриота земли актюбинской в душе. Поделиться с участниками встречи, большинство из которых были дети, воспоминаниями о нем пришли его родные и соратники.

— О папе столько написано, что уже и добавить нечего, — растерянно заметила Наталья Сегедина в ответ на просьбу журналиста поделиться новыми подробностями об отце.
Да, почти все местные газеты имеют в своих подшивках десятки публикаций о человеке, которому в этом году исполнилось бы 95 лет. Но стоит еще раз обратиться к его биографии еще и потому, что с каждым днем таких людей среди нас становится все меньше. Таких содержательных, эрудированных, имевших большой вкус к жизни, разносторонне талантливых. Если вникнуть в биографию Ростислава Сегедина, то поймешь, что прожита трудная жизнь, но она полна преданности профессии, любви к той земле, на которой довелось жить, уважения к людям и жажды новых знаний. В программной статье Главы государства «Взгляд в будущее: модернизация общественного сознания» высказан ряд пожеланий, которые очень подходят к судьбе Сегедина. Здесь и первый пункт о конкурентоспособности, предполагающей качество труда. И прагматизм с навыками рационального поведения. Культ знаний, патриотизм с большой краеведческой работой. Проект «100 новых лиц Казахстана» представит имена, достойные подражания. И пусть Ростислав Сегедин представляет уже дни минувшие, но те девушки и юноши, которые пойдут по его жизненному следу, уверена, обязательно окажутся на высоте.

* * *
Семейные легенды гласят, что фамилия Сегедин происходит от названия города Сегед, что на юге Венгрии, где когда-то обитали князья Сегеди. Александр Сегедин, отец Ростислава, был инженером-строителем. Строил элеваторы – стратегические объекты, относившиеся к военному ведомству. В силу профессии ему пришлось постоянно кочевать. Именно поэтому его жена нигде не работала, на ней было создание семейного уюта. Но она была прекрасным музыкантом, при переезде всегда на одну подводу загружали весь домашний скарб, а на другую — только рояль.
— Долго они возили его с собой, но, когда поселились в Липецке, инструмент пришлось продать. Квартира была настолько маленькой для семьи с двумя детьми, что туда ничего не помещалось, и для рояля не нашлось места, — рассказывает Наталья.
— Отец еще в школе начал вести дневники. Многое можно узнать из них, в них описаны события с 1938 по 1978 годы, позже он переплел их в два увесистых тома. Все, кроме первых четырех тетрадей, можно найти в интернете.
Ростислав родился 31 января 1922 года в Крыму, в небольшом курортном городе Евпатория. Затем семья переехала в Украину, оттуда в Центральное Черноземье, Липецк, Елабугу, Елец. Школу он окончил в Воронеже и сразу поступил на геологический факультет местного университета.
— Папа, учась на третьем курсе, читал для студентов первых двух курсов лекции по исторической геологии и палеонтологии. Его оставляли в аспирантуре. Когда началась война, не взяли на фронт по состоянию здоровья. Оставшись в тылу, участвовал в строительстве оборонительных сооружений, по ночам патрулировал на оборонном предприятии, — вспоминает дочь.
В пору полуголодной жизни в эвакуации Ростислав пережил гибель отца и смерть матери. В конце войны вернулся в родной университет. В октябре 1944 года молодого специалиста Комитет по делам геологии при Совете народных комиссаров СССР командировал на месяц в Казахстан. Как оказалось, навсегда. Вышло постановление о том, что все, кто по распределению направлены в Среднюю Азию, в Казахстан, до 1956 года оставались там невыездными. Если даже кто-то решался уехать, его возвращали. Происходило это так: беглеца высаживали на одной из ближайших по пути следования поезда железнодорожных станций, куда подъезжал «воронок», чтобы отправить пассажира обратно. Такая мера объяснялась необходимостью закрепления кадров, которым предстояло поднимать народное хозяйство, обеспечивать бесперебойную деятельность перевезенных во время войны заводов.
Ростислав еще студентом выезжал в рабочие поисково-съемочные экспедиции на Урал, Алтай, поэтому быстро привык к актюбинским степям. В 1946 году он познакомился со своей будущей супругой Зинаидой, выпускницей Московского геологического института, приехавшей в Актюбинск по распределению. Через два года они поженились. Она, поначалу работавшая геологом, с рождением детей перестала выезжать в поле, перешла в лабораторию микропалеонтологом.
Сегедин несколько десятилетий проработал в Западно-Казахстанском геологическом управлении, исследовал казахстанскую часть Урала. Она состоит из двух возвышенностей между Илеком и Орью, где находятся Косистек, Кимперсай, Хромтау и Мугоджары. С его именем связано открытие Велиховского месторождения железа. Он составил комплект карт полезных ископаемых, впоследствии открытых в Актюбинской области месторождений меди, золота, хромитов, цинка.
В обязанности Сегедина входили геологическая съемка, составление сводных мелкомасштабных карт для поиска полезных ископаемых, пояснительных записок. Он принимал участие в составлении большой настенной геологической карты Республики Казахстан, изданной в 1999 году. Его вклад — это часть, касающаяся Западного Казахстана.
Когда-то Мугалжары считались бесперспективными. Итоги многолетнего кропотливого труда Сегедина вошли отдельной главой «О Мугоджарах» в 21-й том энциклопедии «Геология СССР». Есть его тексты и в 36-м томе.
— По моим следам шли поисковики, а уж потом разведчики недр, если мои изыскания заслуживали этого. Актюбинская область в геологическом плане — уникальный регион. Здесь представлен диапазон пород – от самых древних до самых молодых, — говорил он в свое время.
В 2002 году он издал книгу «Рассказ о геологии Актюбинской области и богатствах ее недр», на этом настояли сотрудники областного историко-краеведческого музея.
Сегедин всегда отличался дотошностью, эта черта привела его к археологии. Однажды, работая в поле, на одной из возвышенностей Мугоджарских гор, он обнаружил скопление камней, которые показались ему созданными не природой, а человеческими руками. Он сразу же зарисовал себе выкладку, а позже обратился к книгам по археологическим памятникам Казахстана. С этого началось новое увлечение. Оказалось, он нашел древние могильники андроновской культуры, относящиеся ко второму тысячелетию до нашей эры.
— Мне везло на памятники старины. Довелось открыть на территории области могильники «с усами». Гряды камней у реки были сложены в виде усов. Так впервые в Западном Казахстане были открыты подобные могильники. Все, что находил, обязательно фотографировал. Обработанные материалы сдавал в историко-краеведческий музей, с которым сложились дружественные отношения, а также отправлял в Алма-Ату и в Ленинград, — писал он в своих воспоминаниях, сохранившихся в подшивках «Актюбинского вестника».
Одной из любимых дисциплин Ростислава Александровича в университете была палеонтология. Собранные коллекции фауны отправлял в Москву и Ленинград, там делали окончательное научное заключение, по возрасту пород определяли, есть или нет ископаемое в конкретном месте. Это помогало в разведке недр. Заразил он полезным делом и своих детей.
— Летом мы обычно ездили в Подмосковье. Пока собирали образцы для гербария, отец постоянно о чем-то рассказывал. Каждый из нас подарил родной школе коллекцию. Я – подмосковную флору и фауну, Саша – подборку жилкования листьев, Костя засушивал жуков, бабочек. Все мы немного учились играть на пианино, фотографировали, — добавляет Наталья.
Ростислав Сегедин никогда не учился музыке, но ноты знал и даже сам сочинял мелодии. Он автор марша геологов, вальса «Иргиз», «Косистекской лирической» и т.д. Сочинял стихи. Переводил с немецкого и английского Гейне, Лонгфелло. Писал прозу. Этюды о природе, рассказы о животных. Среди его читателей был знаменитый Василий Песков, автор рубрики «Окно в природу» в «Комсомольской правде».
— Отца часто называли академиком. Он был мастер во всем. Помню, как-то приезжала делегация из Франции, решали важные вопросы. У французов на каждый пункт спора был определенный специалист, а у нас на все вопросы отвечал один папа. Иностранцы сильно удивились этому факту, — продолжает Наталья. — Он редко расставался с фотоаппаратом, первым у него была «Лейка». Снимал он и гармошкой с выдвигающимся объективом и матовыми пластинками. В поле берег эти стекла, чтобы невзначай не разбились. От всей коллекции фотоаппаратов дома сохранились три, остальные он отдал историко-краеведческому музею.
Ростислав Сегедин ушел на пенсию в 80 лет. В числе его наград «Знак Почета», знак «Лучший разведчик недр». Ему были присвоены звания «Заслуженный геолог-разведчик Казахской ССР», «Почетный гражданин города Актобе».
Любимый город он снимал с 1947 по 1980 годы, сотни снимков в дни празднования 130-летия Актобе подарил музею. Сюда же сдал коллекцию редких образцов по геологии, археологии и палеонтологии. Еще остались от него марки, открытки, нагрудные значки.


Жажда объять необъятное, готовность делиться знаниями и опытом, любовь к родному краю и к его жителям откликнулись вечной памятью актюбинцев о Ростиславе Сегедине.
Жанат СИСЕКЕНОВА