Работа пуще неволи

Есть категория граждан, для которых проблема трудоустройства стоит особенно остро. Речь о бывших заключенных. Как правило, доверия к людям, имеющим судимость, практически нет, им стараются отказать в приеме на любую работу. Случаи, когда экс-заключенного оформляют в штат без лишних вопросов, очень редки. По данным службы пробации, в работе сегодня нуждаются около 200 человек с судимостью. Какие же меры предпринимаются для того, чтобы облегчить этим людям поиск работы и, соответственно, повысить возможности их трудоустройства? Об этом наша Главная тема.

Свобода выбора

Одним из инструментов поиска работы для экс-заключенных становятся ярмарки вакансий. А чтобы повысить шанс безработных трудоустроиться, организуют целенаправленные ярмарки. Это когда работодатель подыскивает себе работников, ориентируясь на конкретную категорию людей.

Требуются…
Очередную такую ярмарку городской центр занятости провел на минувшей неделе. Уведомления о ней получили около 50 человек. Это те, кто числится безработным с момента выхода из тюрьмы. Свои вакансии представили 16 предприятий и организаций города, согласные принять на работу бывшего заключенного.
Казалось бы, вот он — конкретный шанс выбрать работу по душе. Тем более что сами работодатели заверяли: наличие справки о судимости не станет причиной отказа в приеме на работу. Но на деле все оказалось не так уж и гладко.
На втором этаже в холле здания центра занятости расположились столы потенциальных работодателей. Посетителей здесь ждали с самого утра. В почти пустом еще холле у одного из столов склонился мужчина, быстро заполняя резюме и записываясь на собеседование. Другой, стараясь не попасть в объективы фото— и телекамер, сосредоточенно изучал предложенные работодателями вакансии, переходя от столика к столику.
Сорокалетний Адайбек оказался самым разговорчивым среди всех посетителей.
— Я отсидел пять лет. До срока работал на комбинате строительных материалов. Могу выполнять отделочные работы. Мастер широкого профиля. Но работодатели, видя мою справку о судимости, никуда не берут, — посетовал мужчина. — У меня семья, ребенок. Хочу жить нормальной жизнью: работать, обеспечивать свою семью. Но как это сделать, если везде, куда я ни обращался, ко мне относятся с подозрением и отказывают? Как отделочник я могу и сам найти работу по объявлению. Но мне хотелось бы работать официально, чтобы были отчисления. И больше всего хочу самому себе доказать, что я не потерян для общества, — говорит Адайбек.
Мужчина долго изучал списки требуемых работников, интересовался условиями и оплатой труда. Позже он признался, что подходящую работу здесь не нашел. Как выяснилось, Адайбек мечтает устроиться путейцем на железную дорогу. Обращался в КТЖ, но его не приняли. Просмотрев еще раз все имеющиеся вакансии и не заинтересовавшись ни одной из них, Адайбек ушел домой.
Стоит отметить, что на спецярмарке был представлен большой выбор. Подходящую работу можно было найти из 169 предложений — преимущественно в сфере строительства и услуг. Предлагали в основном рабочие профессии: машиниста бульдозера, электромонтажника, газоэлектросварщика, водителя, помощника бурильщика и другие. Зарплата варьировалась от 35 до 80 тысяч тенге.
Самую высокую заработную плату предлагает ТОО «КТП»: от 80 тысяч тенге. Организация подыскивала машинистов бульдозера и автогрейдера, а также электромонтажников.
— Если человек ответственный, имеет требуемую специальность и его устраивают условия труда, мы примем на работу. Зарплата у нас хорошая. Лиц, освободившихся из мест лишения свободы, мы принимаем по квоте, — разъяснила работник отдела кадров ТОО «КТП» Алена Чернышева.
Что касается оплаты по другим вакансиям, в 60 тысяч тенге оценили работу укладчика-упаковщика, в
35-40 тысяч — дворника и сантехника, в 60-75 тысяч — шашлычника. По минимуму оценивался труд разнорабочего. Похоже, размер зарплаты не воодушевлял многих посетителей ярмарки, и они предпочитали спешно ретироваться, объясняя свою незаинтересованность в такой работе низкой оплатой труда.
Как альтернативу, тем, кто не имеет профессии, работники центра занятости предлагали пройти краткосрочные обучающие курсы. Так, за три месяца, причем совершенно бесплатно, можно было освоить профессию электрика, плотника, газоэлектросварщика, оператора котельной либо кондитера, швеи или повара. При этом в период обучения выплачивается стипендия в размере 16 с лишним тысяч тенге. А по завершении курсов каждому еще подыскивают работу.
Но, несмотря на явные преимущества освоения новой профессии, от обучения в числе многих других отказался и 41-летний Берик. Мужчина рассказал, что имеет среднетехническое образование. До судимости работал помощником машиниста. На ярмарку он пришел впервые. Специалистов центра занятости поставил в известность, что остался бы доволен и работой дворника или сантехника, несмотря на минимальный размер оплаты.
— Работа дворником меня вполне устроит. Занят я буду всего полдня. Так что можно совместить и с другой работой. А пока что я занимаюсь частным извозом, — признался он.
Нетребовательному Берику повезло. Рассмотрев имеющиеся две вакансии дворника, он выбрал одну из них.
— Если человек горит желанием трудоустроиться, но при этом не имеет никакого образования, ему проще было бы пойти на эти курсы. Ведь мы предлагаем обучение по специальностям, востребованным на рынке труда. Но учиться соглашаются немногие. В основном записываются молодые люди в возрасте 25-30 лет. Другие как-то не заинтересованы в получении профессии. Стоит отметить, что люди, освобожденные из мест лишения свободы, не спешат обращаться к нам в поисках работы. К примеру, с начала года из тюрем освободились 28 человек. Только восемь пришли к нам. И то не каждый из них соглашается на предложенную ему работу. Кого-то не устраивает заработок, а кто-то просто отказывается, указывая разные причины. Некоторые заверяют, что сами подыщут подходящий им вариант, — рассказывает завсектором центра занятости Замзагуль Нагашибаева.
Привлечь к работе экс-зак­лю­ченных специалисты центра занятости попытались и другим способом. Так, в день освобождения двоих актюбинцев из колонии они встретили у ворот исправительного учреждения. И только одного из них удалось трудоустроить сварщиком. Второй от помощи отказался, высказав желание поискать работу самостоятельно.

За консультацией — в службу пробации
— Устроить на работу наших подопечных сложно, но возможно. Было бы у них желание, — замечает и начальник городской службы пробации Гаухар Умбетова. — Если работодатель не берет его, ссылаясь на справку о судимости, мы пытаемся помочь им трудоустроиться через центр занятости. Указываем работодателям на установленную законом квоту, согласно которой они обязаны брать на работу бывших заключенных. Кому-то везет. Но во многих случаях отказывают даже тем, кто с высшим образованием. А если и предлагают работу, то с оплатой в 40 тысяч тенге. Не каждый на нее соглашается, — заключает руководитель.
Низкая оплата труда — это еще одна из причин, по которой бывший осужденный отказывается от предоставленной вакансии.
Служба пробации действует при УКА 168/3 с прошлого года. Она оказывает полный комплекс социально-правовой помощи бывшим заключенным. Вопросы трудоустройства также в их компетенции.
Так, в службу пробации с начала года за консультациями обратились 143 человека. Из них работу нашли 38. Как оказалось, 24 уже работают неофициально, 47 человек отказались от помощи в трудоустройстве. В данный момент работу подыскивают еще 34 человека. Всего же на учете в службе пробации состоит 1 600 бывших заключенных, из них в работе нуждаются почти 200 человек.

Фото Хайредена РАУШАНОВА

Made in колония

На территориях исправительных учреждений открыты производственные цеха, в которых трудятся заключенные. К примеру, в УКА-168/2 осужденные изготавливают мебель, брусчатку, шьют спецовки. Эта работа позволяет им не только зарабатывать, но и осваивать вполне востребованную профессию в стенах исправительного учреждения. В перспективе здесь будут выпускать парты для школ, постельные принадлежности для медучреждений, а также мусорные контейнеры, бордюры и ливневые стоки для города.
Чтобы обеспечить производственные цеха в колонии заказами, на прошлой неделе между предприятиями города, государственными учреждениями, организациями филиала и РГП «Енбек-Актобе» были заключены меморандумы о сотрудничестве на сумму более 35 миллионов тенге.
— У такого сотрудничества хорошие перспективы, — считает временно и.о. директора филиала «Енбек-Актобе» Оразбай Жанузаков. — Самое важное: нас обеспечат заказами, что гарантирует стабильную работу и постоянный заработок для осужденных. В свою очередь это позволит им погашать судебные иски и помогать финансово своим близким. К тому же на заработанные средства мы сможем обновить производственную базу, закупить дополнительное оборудование, расширить спектр услуг и увеличить штат.

Сегодня на базе УКА-168/2 открыты железобетонный цех и цех по изготовлению брусчатки, налажено производство мебели, действует швейная мастерская. В прошлом году полностью восстановили здание площадью 800 квадратных метров под цех по изготовлению железобетонных изделий. На его реконструкцию ушло 35 миллионов тенге. Полностью перекрыли крышу, закрепили потолочные балки, приобрели новые станки. Здесь выпускают брусчатку, бордюры, ограждения и другие изделия.
По мере поступления заказов введут трехсменную работу и расширят штат с 20 до 40 человек. Всего же из 700 осужденных, отбывающих срок в колонии, работают 550 человек. Правда, занятость людей зависит от поступления заказов. Но и эту проблему с подписанием меморандумов, похоже, решили.
В перспективе в колонии начнут изготавливать развивающие тренажеры для детей с инвалидностью. Сейчас же в мебельном цеху в качестве спонсорской помощи сделали манежи для Дома ребенка. Также заключенные шьют на заказ спецодежду, халаты, матрасы и постельное белье, изготавливают металлические двери, урны и контейнеры для мусора. Предложения поступают от частных лиц. В прошлом году в колонии выполнили работу на 10 миллионов тенге. В числе будущих заказчиков — управления здравоохранения и образования, коммунальные предприятия, частные организации.
— Оплата труда у нас сдельная и почасовая, — разъясняет Оразбай Жанузаков. — Те, кто трудится в котельной либо в пекарне, на часовой оплате. Тем, кто работает в производственных цехах, зарплата начисляется в зависимости от объема выполненной работы. При начислении зарплаты учитываются сверхурочная работа, работа в праздничные дни и в ночную смену. В среднем зарплата 40-50 тысяч тенге. Начисляется она на банковские карточки. Кто из осужденных выплачивает государственные иски, у тех удерживается 50 процентов. Оставшуюся сумму они тратят на свое усмотрение в местном магазине либо перечисляют своим семьям.
Кстати, хороший стимул для осужденного работать в колонии — возможность тратить заработанное без ограничений.
— Такую привилегию для работающих заключенных ввели с 2015 года. А если осужденный не работает, в месяц при наличии собственных средств и находясь на обычном условии содержания он имеет право тратить до 6 МРП. Если находится на облегченных условиях — 12 МРП, не более. Заработанное же в колонии они тратят без ограничений. Учитывая это, заключенные предпочитают трудиться в цехах, — поясняет заместитель начальника учреждения по вопросам трудоустройства осужденных Виктор Ерохин.
Заняться в колонии любым из предложенных видов деятельности может каждый осужденный. Не имеет образования или навыков — научат. На базе учреждения действует многопрофильный колледж, в котором за десять месяцев можно освоить на выбор любую из профессий: плотника, портного, токаря, газо-
электросварщика или слесаря. А получив заветный диплом, выйти на производство.
В швейном цеху за машинками склонились тринадцать мужчин. Перед каждым стопками разложены будущие спецовки. Уже готовая спецодежда развешана на вешалках. Один из мастеров — 35-летний Галым. До судимости он был предпринимателем, развивал свой небольшой бизнес, торговал. Жил в Кызылорде. За нанесение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть, мужчина был приговорен к восьми годам лишения свободы. Отсидел два года.
— Строчить на машинке научился быстро. Это несложно. Работать попросился сразу, как оказался здесь. Сейчас получаю 25 тысяч. Стараюсь все отправлять жене и детям. Им сейчас трудно, — говорит Галым.
В цехе ЖБИ раскладывает брусчатку 27-летний Турлан с напарником. Он — бригадир смены. Актюбинский парень угодил за решетку за незаконное хранение оружия. Сидит уже семь лет.
— Работаю второй год. Тоже помогаю жене и детям. Их у меня двое. Мы выпускаем брусчатку и бордюры. Смена выполнила заказ и сейчас отдыхает, — объясняет Турлан.
— Почти у каждого заключенного большой срок. Вот отсидит он здесь восемь лет, выйдет на свободу — кем будет в жизни? У многих ведь нет даже специальности, у кого-то всего четыре класса образования. Мы помогаем им получить среднее образование, профессию, трудовые навыки. Хороший мастер всегда будет нужен на производстве. Поэтому работа в колонии — это хорошая возможность для каждого заключенного повысить шанс на дальнейшее трудоустройство в реальной жизни, — заключает Виктор Ерохин.

Фото Аслана МУСЕНОВА

Стать предпринимателем

И как еще один выход из ситуации заключенным предложили заняться предпринимательством.
На базе УКА-168/2 прошел обучающий бизнес-семинар, организованный управлением предпринимательства области. Как отметила руководитель управления Анар Даржанова, осужденных обучали основам ведения биз­неса, подсказали, как грамотно и доходчиво преподносить свою бизнес-идею инвесторам, участвовать в конкурсах на получение гранта, и рассказали о возможностях развития и расширения своего дела.
— Закон не запрещает осужденному заниматься предпринимательской деятельностью, даже открыть свое ИП, находясь при этом в стенах исправительного учреждения. Это хорошая возможность для многих умельцев через ИП без посредников продавать свой товар на воле. Как результат, это и постоянный заработок, а также возможность накопления средств и самозанятость, — заметила Анар Даржанова.
Бизнес-семинар в колонии провели представители клуба предпринимателей «Достык» Нурлан Ильясов и Саламат Данабеков. По словам лекторов, их цель — помочь заключенным легко адаптироваться в новых реалиях времени.
— В колонии люди сидят по три, пять, десять лет. За это время жизнь меняется в корне, совершенствуются рыночные отношения. Как поспеть за новым, за всем этим человеку, находящемуся в изоляции десяток лет? Мы познакомили их с основами и инструментами бизнеса, которые сейчас работают на рынке и помогают людям развивать свое дело, — пояснил Нурлан Ильясов.
Прослушав семинар, идеей открыть собственное дело загорелся 24-летний Роман. Мужчина работает в мебельном цехе в исправительном учреждении, изготавливает столы и стулья, детские манежи, софы. В его личной коллекции — фрегаты, кухонные наборы, шкатулки, нарды.
— До заключения я работал в СТО, занимался покраской автомобилей. Здесь я научился работать с деревом. Сувенирная продукция пользуется большим спросом у местного населения. Правда, у нас нет возможности продавать ее самим. Мы действуем через посредников. Если мне помогут открыть свое дело, я с удовольствием занялся бы предпринимательством. Накопил бы денег и в будущем, когда выйду на свободу, открыл бы свой мебельный цех, — высказал свое желание Роман.
Таких искусных резчиков по дереву, как Роман, в колонии немало. Есть мастера, специализирующиеся и в других ремеслах: швейном, по работе с металлом. Заняться предпринимательством и развивать свои навыки для каждого из них было бы отличным вариантом адаптации по окончании срока заключения.
— Разрабатывая различные мероприятия и помогая этим людям быстрее влиться в общество, оказывая им необходимую государственную и общественную поддержку, мы существенно минимизируем, если не сведем на нет вероятность совершения ими повторных правонарушений, — подытожила руководитель управления.

Над Главной темой работала Айжан ШАУКУЛОВА