Пой, цыган!

Бэджа Калмыков – постоянный участник концертов АНК Актюбинской области | Фото Айдоса КАНАПИЕВА

Бэджа Калмыков – ученик легендарного Леонида Сметанникова, одного из первых исполнителей песни «День Победы», внук солистки Мариинского театра и лучший Ленский, по версии его наставников из Саратовской консерватории имени Леонида Собинова. Сейчас он преподает академический вокал в музыкальном колледже имени Ахмета Жубанова, солист областной филармонии имени Газизы Жубановой и член этнокультурного объединения цыган «Дэш». Откуда таланты и следование традициям, рассказывают сам певец и его мама.

Приятно познакомиться
Как случилось, что выпускник Актюбинской СШ № 12 стал лучшим Ленским Саратовской консерватории?
– В первом классе я уже знал, кем буду. Фортепиано освоил самостоятельно, – рассказывает о себе Бэджа Вячеславович. – На вступительных экзаменах преподаватели колледжа удивились, узнав, что я самоучка. В семейных концертных программах участвовал с 14 лет, но все равно перед поступлением в колледж целый год всерьез занимался вокалом. С 16 лет подрабатывал в ресторанах с двоюродной сестрой Оксаной Эрлиной, причем мы и танцевали, не только пели.
То есть родня Бэджи – люди поющие и танцующие. Классический цыганский клан, большая часть которого носит экзотическую фамилию Эрлины.
– Это фамилия прадеда-эстонца, отца маминой мамы. Из Калмыковых музыкальные только я и отец, которому подвластен любой инструмент, – говорит собеседник. – Эрлины – все артисты. Мама родилась и выросла в Саратове, до замужества тоже работала в цыганском ансамбле. Вообще мы с семьей можем в любой момент дать концерт: мама станцует, отец возьмет в руки гитару… Он гитарой душу отводит.
Несмотря на молодой для артиста возраст, Бэджа имеет хороший послужной список, берущий начало еще в отрочестве.
Обучаясь в колледже имени А. Жубанова, парень участвовал во многих республиканских и международных конкурсах вокалистов, самой яркой победой называет Гран-при на «Жас даурен-2008»:
– После получения диплома III степени на втором курсе консерватории я понял, что участие в конкурсах – показатель профессионального становления. На третьем курсе был фестиваль барокко Religio (в Санкт-Петербурге), где я выступил с арией Париса из оперы Глюка «Парис и Елена». Это был очень интересный опыт, потому как музыка эпохи барокко особенная, у нее строгие технические рамки.
– Расскажи, пожалуйста, о твоем Ленском.
– Опера Чайковского «Евгений Онегин» была экзаменационной, фактически дипломной работой, в которой моему лирико-драматическому тенору досталась партия Владимира Ленского. После многие преподаватели выражали похвалу, а педагог класса скрипки поцеловала меня и призналась, что такого Ленского мечтала услышать всю жизнь. Леонид Сметанников сказал: «Ты исполняешь его очень точно, чувствуешь тонко. Именно таким должен быть этот персонаж. Когда будешь выходить на сцену, всегда выходи, как Ленский».
– Какие требования выдвигаешь своим ученикам?
– Те, которые усвоил у Леонида Анатольевича. Знаете, как он гонял! Едва я поступил в консерваторию, педагог сразу составил программу, с которой мы много гастролировали – по Саратовской области, в целом по России. Еще мне выпала честь выступать на открытии экспозиции о деятельности Леонида Сметанникова в Саратовском музее. Отношения с педагогом поддерживаю и сейчас.
О моих учениках скажу словами Шаляпина: желаю им труда, труда и труда. Дело в том, что успех в нашей профессии на 80 процентов зависит от усилий, оставшиеся 20 процентов таланта нужны, когда у тебя уже нет сил и отказывает техника, что часто случается во время бесконечных концертов. Учеников у меня пять, и они очень разные.
– Есть ли у тебя мечта?
– Спеть Ленского в полновесной опере на большой сцене. С недельку повтора, и я готов.

Невеста Сюжета Эрлина и жених Вячеслав Калмыков с мамами. Александра Касьяновна Эрлина – внизу слева | Фото из семейного архива Калмыковых-Эрлиных

Корни и традиции – главное
Кто не знает цыган?! В нашей области они проживают в основном в Актобе и, будучи народом немногочисленным, очень активны, чему свидетельство – этнокультурное объединение «Дэш» под председательством Елены Дмитриевой. Бэджа Калмыков является артистом творческого коллектива при ЭКО и постоянным участником всех концертных программ областной АНК. Кстати, он – победитель республиканского онлайн-конкурса исполнителей песен Абая. Вообще, количество языков, на которых звучит его голос, трудно сосчитать – пальцев не хватит. Любимые произведения – неаполитанские песни. На это собеседник шутит: «Да я полиглот!».
Родился Бэджа в Саратовской области РФ, вырос в Актобе, куда молодую семью перевез его отец Вячеслав Калмыков. Нужно рассказать и о семье, в которой выросла мама Бэджи Сюжета Эрлина.
– Мама с отцом познакомились в Ленинграде, – поясняет Сюжета Васильевна. – Хотя все воспитаны в цыганской ментальности, кроме эстонской, кровей в нас намешано немало. У мамы и отца было 13 детей! Родня в основном музыканты, есть художники. Каждый владеет каким-нибудь ремеслом и оправдывает статус кочевого народа: мои родные живут в разных городах – Актобе, Тюмени, Баку, Саратове, Санкт-Петербурге – и странах – Казахстане, Германии, Италии, Румынии, России. Все замечательно поют и танцуют, и муж двоюродной сестры Ольги, осетин Георгий, поняв, насколько мы талантливы, в свое время основал ансамбль «Чэргэнёри» (около 30 человек), который гастролировал по всему Советскому Союзу. Я в нем работала около трех лет.
– Почему не продолжили карьеру артистки?
– Мама срочно вызвала домой в Саратов. Оказалось, из Актюбинска приехал Вячеслав – свататься. Хоть мы народ кочевой, но традиции чтим строго, и одна из традиций – не перечить родителям. В моих планах было не замужество, а институт торговли, но мама решила, и мне пришлось выходить замуж… И правильно сделала: я счастлива в жизни. По большому счету, с мужем мы вместе выросли, потому как его часто привозили на каникулы из Актюбинска в Саратов к родне, нашим соседям. Маме он нравился.
– Расскажите о вашей маме.
– Выросшая в Ленинграде, пережившая блокаду, Александра Касьяновна была очень ярким человеком. Имея голос удивительного тембра и силы и не имея профессионального образования, сразу после войны и до середины 1950-х годов (до замужества, как и я) работала солисткой в Мариинском театре. Умерла она рано – в 60 лет. Но такого голоса, как у мамы, я больше не слышала никогда. Так, как танцевала цыганские танцы она, тоже никто не танцевал. И чечетку никто так не бил, как мама, причем, владея мужским вариантом степа. Думаю, уникальный вокальный талант моего сына – от бабушки.
Татьяна ВИНОГРАДОВА

0
® За содержание рекламных материалов ответственность несет рекламодатель