Семейная травма

Муж в ярости ошпарил жену кипятком из чайника, перевернув в ее сторону стол. Другую женщину супруг в пьяной горячке пытался столкнуть с балкона многоэтажки. Нередко под горячую руку дебошира попадают и престарелые родители, и маленькие дети. О необходимости ужесточения наказания за бытовое насилие говорится на разных уровнях много лет. В нынешнем Послании Главы государства прозвучали конкретные поручения по решению наболевшей проблемы. Как она решается в нашей области?

В рамках Дорожной карты предвыборной программы партии «Amanat» планируется открытие кризисных центров в Мартукском и Мугалжарском районах. До 2025 года в области будет девять таких центров.

Одна вина на двоих

Зависимое положение от тирана, нерешительность, страх сковывают жертв, не знающих, куда бежать и кому жаловаться. Ведь женщины выходили замуж по любви, в зале бракосочетания рядом стоял единственный и неповторимый. Обручальное кольцо сулило счастливую жизнь и взаимопонимание. Но потом любящий, заботливый супруг постепенно превратился в домашнего агрессора. И ведь не только рукоприкладство, грубость выдают тирана – есть много других способов подавлять волю более слабого физически человека. Акты агрессии могут быть также психологическими, сексуального рода и экономическими. Они служат одной цели – подчинить.
Ножевые ранения, кровоподтеки, переломы конечностей – далеко не весь перечень увечий от рук семейного садиста, социальная роль которого – сын, супруг или папа. Насилие переходит в систему, имеет характер нарастания.
Резонансный случай произошел в нашем городе. Женщина получила ожоги тела: на нее упал чайник со стола, опрокинутого мужем. Невкусный ужин стал поводом для его неадекватного поведения. Ситуация типичная для проявления насилия, но продолжалось оно и после этого инцидента: два дня мужчина не разрешал жене вызвать скорую помощь, при этом угрожал. В доме находились свекровь пострадавшей и шестеро их детей, старшему 15 лет.
Майор полиции Акгул Касангалиева одной из первых узнает о подобных конфликтах. Инспектор подразделения по защите женщин от насилия управления МПС поясняет, что в ее задачу входит отстаивать права пострадавших, несмотря на то, что иногда вина лежит на обоих супругах.
– Нанесение ожоговых ранений относится к уголовным правонарушениям. Сейчас женщина долечивается дома, врачами оказана необходимая помощь. Супруг был водворен в полицейский участок на трое суток, выпущен с защитным предписанием на месяц. В течение этого времени ему запрещалось выходить после 22.00, посещать увеселительные заведения. Участковый навещал его, контролировал поведение, проводил профилактическую работу. Дело ведет следователь, назначена судебная экспертиза, которая определит степень тяжести для вынесения наказания, – пояснила она.
На счету инспектора за недолгий стаж подобных историй набралось на большую энциклопедию по вопросам семейной жизни.
– Мужчина, обливший жену кипятком, сказал, что злого умысла в его действиях не было, не думал, что так все обернется. Работает водителем, целый день в кабине, за рулем, нервы не выдержали, когда ужин оказался не таким, как он хотел. С ними в благоустроенной квартире живет его пожилая мать. Для людей, проживших в браке достаточный срок, 16 лет воспитывающих шестерых детей, бытовые хозяйственные заботы привычны, как и ссоры. Закон его ни в коем случае не оправдывает. Тем более со стороны супруга и ранее были претензии с рукоприкладством к жене. А тут неоказание своевременной помощи, угрозы, страх детей, молчание напуганной матери – все это свидетельствует против агрессора.
На наши вопросы потерпевшая Айгуль ответила, что с детьми переехала к брату, который и не догадывался о таком поведении зятя.
– Я боялась обращаться в участок, и потом всегда останавливали дети, – говорит она. – За долгую супружескую жизнь скрывала от родных конфликты с мужем, зная его агрессивный характер. Ожог, видимо, стал последней каплей в переполненной чаше терпения, решила разводиться, хотя нашему младшему ребенку всего полтора годика.
А вот другой случай. Не так давно в БСМП доставили женщину. Бытовая ссора с применением физической силы стала поводом вызова 102. В ходе разбирательств выясняется: молодые в браке месяц. Супруга не ведет домашнее хозяйство. Готовит, стирает, уют в доме создает свекровь. Участковый в беседе с соседями выяснил, что парень стал меняться в худшую сторону после женитьбы: нервный, ссоры за стеной. Назревает вечный вопрос: кто виноват? Парень раскаивается, говорит, что любит супругу, просто не рассчитал силу удара. Это искали выход эмоции.

По закону

Защитное предписание — своего рода охранная грамота для пострадавшей женщины. Выносится сроком на месяц. В случае его нарушения предусмотрена статья 461 КоАП РК, которая влечет предупреждение либо административный арест сроком до пяти суток.
А ведь сейчас с помощью интернета в телефоне умению вести хозяйство, кулинарному мастерству учат сайты. Советы психологов по семейной этике можно слушать в режиме онлайн.
Защитное предписание дебоширу вынесено на месяц. Семья на контроле участкового.
Скандалист держит в страхе всех домочадцев. Матери не могут противиться сыновьям, молчат. Тихим поведением поддерживают агрессора. В вышеназванных ситуациях воспитанием мужчин занимались только мамы.
Автора статьи тоже не обошла тема дебошей из-за неадекватного поведения соседа по площадке. Периодически в ранние утренние и ночные часы подъезд оглашали ругань, пьяные крики, удары мебели о стену. Угрозы вызова полиции не останавливали его.
Только заявление супруги и приезд патрульных отрезвили нерадивого семьянина. Если копнуть глубже, то причина их ссор лежит бурой пеной на поверхности быта: нет уюта, домашние дела упущены, жену окрутили соцсети. Казалось бы, причина для конфликтов веская, но словесные переговоры нерезультативны, в ход идут пьяные разборки, которые могут окончиться и трагически. Судом вынесено особое требование на три месяца. В случае нарушения предписания административный суд ужесточит наказание арестом до 10 суток. Это тоже имеет воздействие: любой человек боится потерять работу, уважение окружающих.
– Вы представляете правоохранительный орган, последнюю инстанцию в подобной помощи. В чем видите уменьшение статистики семейного насилия? – задаем мы вопрос инспектору МПС.
– Я – мать, у меня дети растут. Такие истории должны быть примером того, как нельзя жить. Семья служит образцом поведения для детей. Дочки смотрят на отношение отца к матери и наоборот. Проблема молодежи в том, что увлечение мобильным интернетом больше ведет их к деструктивному поведению. Элементарно, многие наши подопечные не знали, что можно не доводить ситуацию до предела, как в случае с ожогом. Не знают телефоны служб скорой помощи, полиции, даже 112. А ведь у всех телефоны под рукой. Мало информируем население. Ведомства, задействованные в этой проблеме, должны вместе с нашими органами, НПО, волонтерами говорить об этом. Кричащие билборды на дорогах, стенды с телефонами служб психологической помощи, полиции в общественном транспорте, машинах служб такси могут помочь информационно. Следует вести профилактические беседы со старшеклассниками. В школах вернуть бы уроки семейного воспитания и этики, больше говорить на эту тему.
В разговоре с журналистом Акгул Касангалиева подчеркнула главную заповедь семейного уклада – любовь, ведь все начиналось с этого чувства.
Еще одним показательным примером работы инспектора может стать история девушки, проживающей в сельской местности. Ночью сбежала от супруга. Не знала, куда несут ее ноги. Только благодаря порядочности и отзывчивости таксиста женщина оказалась в кризисном центре. Причина банальна: муж ударил, его родители закрыли сноху в комнате, не давали уйти. В семье есть маленький ребенок. Майор полиции поговорила с девушкой и выяснила: вышла замуж после двухнедельного знакомства через интернет. 27-летняя сельчанка боялась остаться одинокой. Любви не испытывала к мужу. Да, жизнь в коттедже с достаточным финансовым обеспечением не стала радостью. И получается, кого винить в таких историях? Ведь женщина даже не знала, что можно обратиться к участковому инспектору, психологам.

За сутки свыше 100 телефонных вызовов поступает на пульт 102.
20-25 из них – это заявления на семейных тиранов.

Лечить, пока не поздно

Проблема природы насилия вытекает из ряда причин, как комментирует психотерапевт-нарколог кабинета психотерапии «Томирис» Ирина Гречка. Однозначного ответа здесь нет. Предпосылками агрессии может быть множество факторов.
– Низкий образовательный уровень семьи, неудовлетворенные с детства общечеловеческие потребности. Есть семьи, где заложен культ физической силы, – говорит она. – На глазах родных происходят избиения. Насилием подчиняют близких. С точки зрения психотерапии, это антисоциальное поведенческое расстройство, это типичные психопаты, социопаты. В них заложена жестокость к партнеру. Это врожденная патология. В категорию насильников подпадают мужчины с психической травмой детства. Чрезмерная опека матери, даже с применением физической силы, выражается ненавистью к женскому полу. Закрываясь внутренним барьером от матери, злость выплескивают на супругу, детей. Это маниакальность, приобретенная из-за травмы детства. Также нельзя исключать зависимость к алкоголю и наркотическим веществам, склонность к садистским действиям. Зачастую на-
утро после пробуждения личность не помнит своих деяний.
Позиция женщин до банальности проста. Боязнь одиночества, непонимание родных заставляют терпеть унижения. Ирина Викторовна видит выход в необходимости увеличения кризисных центров с профессиональными сотрудниками. За последний год пандемии количество таких проблемных семей увеличилось. Помощь должна идти в тандеме психологии и психотерапии. Жертвы должны учиться ответственности. Следует помогать им в трудоустройстве для социализации. Выходить из порочного круга насилия.
Показательным случаем в работе психотерапевта была мусульманская семья. Супруг зрело подошел к решению проблем, а жена видела решение проблемы в разводе. Мужчина не препятствовал, снял ей с детьми квартиру. Дал время на размышление. Женщина проявила мудрость, обратившись в центр к Ирине. Только проработав некоторые моменты обид, она вернулась к семейной жизни. За время ее изоляции мужчина не пытался давить и надоедать. Встречался с детьми, помогал материально. Это пример примирения, выхода из конфликта с помощью специалиста.

Телефоны помощи:
•102 – вызов патрульной службы;
•150 – телефон доверия, режим – круглосуточно;
•50-47-11, 8-777-770-55-11 – центр ресоциализации;
•8-707-986-34-60 – Динара Карабалина, директор центра «Малика».
Инстаграм центра: @Krizis_centr_aktobe.

Статистика

С начала года «Малика» приютила 29 женщин, 60 детей. Одна женщина — пенсионного возраста.
В центр ресоциализации лиц, оказавшихся в трудной ситуации, с начала года обратилось 38 человек – 11 женщин и 27 детей.
ОФ «Ана үйі» разместил 9 женщин, 6 детей.

Там для нее горит очаг

С прошлого года внесены изменения в работу правоохранительных органов. В районные службы полиции добавили по одной штатной единице инспекторов по защите прав женщин от насилия. Всего по области работает 15 человек в этом направлении. Совместно с участковыми и ИДН они выезжают к адресатам, выявляют неблагополучные семьи, проводят работу с детьми и в школах. Зачастую именно сельские женщины несамостоятельны в правах защитить себя. Боятся осуждения, мало информированы, считают стыдом выносить семейные разборки на суд родственников. Комиссия по делам женщин и семейно-демографической политике является консультативно-совещательным органом при акиматах области, города и районов. Главный инспектор – секретарь областной комиссии Гульжан Маханова озвучила алгоритм работы:
– Совместно с отделами полиции, кризисными центрами, ОФ «Ана Үйі», центром духовно-нравственного воспитания «Анаға тағзым» и другими проводим разъяснение среди молодых семей, в трудовых коллективах. Члены НПО, сотрудники управлений образования, здравоохранения, инспекторы полиции консультируют, оказывают психологическую и юридическую поддержку неблагополучным, многодетным семьям по вопросам насилия.
Жертвы насилия могут обратиться в отделение полиции, также в отдел занятости соцпрограмм, к секретарям комиссии для размещения в кризисных центрах с целью временной адаптации и получения психологической, правовой помощи.

В центр «Малика» обращаются по четырем видам бытового насилия:
– физическое, которое совершается мужчиной чаще в состоянии алкогольного или наркотического опьянения;
– психологическое, когда манипулируют (абьюз), шантажируют, угрожают;
– экономическое – полный контроль над финансами супруги, даже детское пособие и ее зарплата переходят в собственность мужа; лишение документов, продуктов питания;
– сексуальное.
Беседуем с одной из девушек кризисного центра «Малика». Марине 24 года, живет здесь меньше месяца. Заботливый супруг и отец их детей пристрастился к выпивке. В пьяной горячке пытался выбросить супругу с балкона. В семье трое несовершеннолетних, младшей всего два месяца. В браке они пять лет.
– Я успела вовремя закрыться в комнате, – вспоминает Марина. – Позвонила сестре. Муж раньше не позволял себе такого отношения, ведь он работал в детской организации. Трудности есть в любой семье. Мы старались помогать друг другу. В какой момент он стал запускать себя, уже и не помню. У него появились друзья, готовые разделить выпивку. Стал руки распускать, потерял работу. Лечение от зависимости дало временный результат.
Марина старалась проявить терпение к супругу. Не обращалась в органы полиции. Помнила все хорошее, что связывало их. В тот вечер алкогольная ярость в затуманенных глазах мужа отрезвила женщину. Сейчас она под защитой, ее поддерживает сестра – единственный родной человек, а также друзья семьи.
По словам директора кризисного центра «Малика» Динары Карабалиной, случай Марины не единичный. Все пришедшие к ней начинают историю одинаково. Пил, бил, кричал, обещал такого не допускать и начать жить сначала, но дороги многих приводят в центр для жертв бытового насилия.
Центр расположен в красивом месте, его вид вызывает идиллию. Уютного вида коттедж, светлый чистый дворик, ароматные запахи выпечки, полы с подогревом – все располагает к спокойной жизни. В большой гостиной телевизор, добротная мебель, шелковые занавески – все это напоминает дом многодетной семьи, где так хорошо и дружно живется всем.
– На самом деле это так, – говорит Динара Карабалина.
Центру пять лет. Динара по профессии учитель. Гуманизм профессии определил дальнейшее призвание женщины помогать слабым и беззащитным.
Возраст проживающих здесь — от 18 лет и выше. Сейчас в доме находится семь женщин с 12 детьми, это и сельские, и городские жители. Даже были случаи, когда у них находили пристанище люди из соседних регионов. Есть возможность поддерживать связь с родственниками, но для предотвращения неприятных ситуаций адрес не сообщается. Это можно узнать через органы полиции или комиссию при акимате, как рассказала Динара.
За последние два года наметилась тенденция обращения в такие центры женщин пенсионного возраста. Не могут ужиться с родственниками или вот последний случай. Одинокая пенсионерка решилась на переезд из другой страны в Актобе, чтобы доживать с родней, но пришлась им не ко двору. Стали обижать, а у человека был ряд болезней. Пришлось вмешаться участковому, который и направил ее в «Малику». Бабушку все полюбили, она нашла общий язык с детками. Помогала по хозяйству. Учила молодых мам. Получив юридическую помощь, вернулась на родину.
Подопечные за полугодичное пребывание в центре получают консультации юристов, психологов, с детьми работают социальные педагоги. Учащихся принимают близлежащие школы. Постоянно ведется работа с участковыми. Всем гарантирована полная правовая защищенность.
Девчата живут сплоченно. Те, кто в декретном отпуске, помогают по дому, готовят. Для них спонсорами центра проводятся мастер-классы, им помогают в выборе курсов для освоения будущей профессии. Сопровождают консультационно в получении пособий, алиментов, оформлении банковских счетов. Психологически они адаптируются к нормальной жизни.
– Стараемся отвлечь детей от пережитых ужасов, устраиваем культурные программы, – сообщила директор. – Агрессия отцов остается в памяти детей. Они боятся спать в темноте, энурез случается, мы видим в их поведении страх, боязнь криков. Устраиваем праздники, занимаемся домоводством. Вся хозяйственно-бытовая часть в руках женщин. Необходимые вещи, медикаменты и проезд на транспорте предоставляет центр.
Многие из выпускниц центра прошли этап социализации, стали уверенными, имеют активную гражданскую позицию. Их приглашают к новеньким, где они делятся похожими историями, учат других коммуникации.
Пока решением Марины стал развод, на руках малолетние дети. Супруг уже занялся лечением, звонит и просит вернуться. Вот только за доверие и покой в семье ответственны они оба.
– Какие рычаги нужны государству для защиты женщин и детей от подобного?
– За время существования центра большинство женщин возвращается в семью. Мужья понимают вину и признают ее. Многим помогли психологи, не последнюю роль играет родня. В ситуацию насилия попадают все слои населения. Благополучие не всегда важный фактор предотвращения деспотизма. Для многих поведение родителей становится отражением насилия в своей семье. Надо поднимать вопросы воспитания и уважения друг к другу со школы. Включать уроки полового воспитания, этику семейной жизни. Важно говорить о проблеме, не молчать. Доступно информировать о работе кризисных центров. В городе действует также центр ресоциализации оказавшихся в трудной жизненной ситуации. Женщин могут принять туда на аналогичных условиях.

Над главной темой работала Нургуль АРИНОВА

Фото из архива «АВ»

..............................................................®За содержание рекламных материалов ответственность несет рекламодатель................................................................