Страдные дни

От семян зависит будущий урожай, поэтому Руслан даже на поле проверяет их качество

Весна — горячая пора не только для земледельцев, но и для животноводов. В это время у них идет своя страда — окот овец. Корреспондент «АВ», побывав в двух крестьянских хозяйствах, узнал подробности весеннего сева и работы сакманщиков.

Цена урожая — знания и удача
35-летний Руслан Тапанбаев, один из четырех сыновей аксакала Жолая, ведет семейное хлебопашеское дело в Мугалжарском районе с 2005 года.
По специальности он инженер-технолог и долгое время работал в нефтегазовой сфере. Когда отец решил передать дело в его руки, не раздумывая оставил работу и, как говорится, вышел в поле.
— Это семейное дело Тапанбаевых, у меня есть еще три брата, которые оказывают большую помощь, — объясняет свое решение Руслан. — Отец основал хозяйство в 1996 году, и начиналось оно с 250 гектаров посевных земель в местечке Урысай Мугалжарского района.
Название переводится как воровской овраг. Здесь когда-то в густых зарослях конокрады прятали косяки лошадей. Кроме земли, имелись один старенький трактор ДТ-75, две сеялки, комбайн «Енисей» и грузовик ГАЗ-53.
— Растениеводство в наших краях вести сложно, область считается зоной рискованного земледелия, и этим все сказано, — продолжает Руслан свой рассказ. — Сейчас мы имеем более 600 гектаров посевных земель, в прошлом году удалось обновить техническую базу — купили старенький трактор «К-700».
Сеяли они на первых порах только пшеницу. В хорошие годы получалось собрать не более 7-8 центнеров с гектара, нередко земля давала не больше 3. Земледелие — дело рискованное.
Очень важный период — посевная.
— Полтора месяца мы проводим в поле, — делится Руслан. — В апреле, как только начинает таять снег, устанавливаем на краю поля жилой вагончик и бригада (тракторист, комбайнер, водитель большегрузного автомобиля) начинает готовить технику. В середине мая, в зависимости от погоды, начинаем сев. Урожай зависит от того, какое зерно посеешь. С 2016 года закупаем семена элитного сорта пшеницы «Саратовская-70» (30-40 тонн) в хозяйстве Чемоданова в Айтекебийском районе. Есть и свой семенной фонд, около 20 тонн. Этого хватает. Посеять зерно и надеяться, что дело в шляпе, не стоит. Очень важно знать, какова влажность почвы на полях, чтобы точно рассчитать норму высева на один гектар земли.
— Если влажность составляет 80 сантиметров, этого достаточно, чтобы сеять 70-80 килограммов зерна на гектар, — делится знаниями хлебороб. — Больше нельзя, росткам не хватит влаги и погибнет весь урожай. Очень плохо, если во время посевной поднимается ветер, он уносит влагу из почвы.
Два года назад Руслан решил отвести 200 гектаров под посев масличных культур.
— Сеем сейчас сафлор, он устойчив к засухе и морозов не боится, — объясняет земледелец. — Если урожай пшеницы будет не очень хорошим, эта культура не даст уйти в минус.
К земле относится бережно. Если один год поле засевается пшеницей, а на следующий — ячменем, то на третий ему обязательно дают отдохнуть.

Будем надеяться на землю
Проблем в хозяйстве хватает.
— Ново-Альджанский элеватор работает только днем, и только по рабочим дням. Это значит, что в уборочную страду, когда дорог каждый день, зерновые хозяйства не могут вовремя сдать свою продукцию, — делится одной из них Руслан. — Еще одна проблема — цены на зерно.
Актюбинская пшеница считается самой качественной, содержит самое большое количество клейковины, а значит, и мука, сделанная из нее, получается высшего сорта.
— В других областях урожай больше, но качество зерна намного хуже, — подтверждает Руслан. — У нас ведь мало дождей, лето засушливое и солнечное, что дает зерну при достаточной влажности почвы хорошо налиться.
Проблема в том, что принимают зерно элеваторы по фиксированным ценам, как фуражное зерно. Плохо и то, что чем больше урожай, тем ниже на него цены устанавливают приемщики продукции. Еще одна проблема — дорогие удобрения.
— Удобрять землю необходимо, — продолжает Руслан. — Сколько необходимо каждому хозяйству, его не купишь, доставляют ведь по железной дороге, большими партиями. Было бы хорошо, если бы власти помогли создать в Актобе централизованный склад и затем продавали удобрения малыми партиями хозяйствам.
Земледелие вести трудно, особенно после того, как государство решило прекратить субсидирование. До 2017 года на каждый гектар масличной культуры выплачивали по 10 тысяч тенге на гектар, ячменя — 2 тысячи тенге, а пшеницы — 400-500 тенге. Сейчас приходится надеяться лишь на собственные силы.
— В этом году мы отвели 200 гектаров земли под пары, сеять на ней не будем, вспашем, прокультивируем и оставим отдыхать до следующего года, — делится планами Руслан. — После уборки урожая еще 170 гектаров готовим под зябь, пропашем, чтобы за зиму земля не уплотнилась и весной на вспушенной, легкой земле было легче сеять. Будем надеяться, что в этом году земля даст хороший урожай.

В пору окота хозяин ни на шаг не отходит от отары| Фото автора

Окот — дело тонкое
На чабанской точке в местечке Шолаксай этого же района, где когда-то работал зачинатель собственного животноводческого хозяйства аксакал Толеген Кушкенов, сейчас трудятся его сыновья — Нурболат и Бекболат. Их хозяйство в основном животноводческое, и сейчас, как и в зерновых хозяйствах, у них горячая пора.
— Крестьянское хозяйство мы создали в 1997 году и начинали буквально с нуля, — вспоминает Нурболат. — Было лишь с десяток собственных овец, столько же коров и лошадей, несколько коз, техники — никакой. Чтобы приобрести колесный трактор, с помощью которого можно было бы заготавливать корма, пришлось продать почти всех лошадей, половину коров. Сенокосилку арендовали у более обеспеченных хозяев.
— В течение 10 лет мы топтались на месте, — вспоминает Нурболат. — Приходилось пускать скот под нож, чтобы купить технику, стройматериалы для ремонта старой скотобазы и постройки нового коровника. Каждый ягненок был на вес золота, мы сразу забирали его домой и выкармливали с рук. Скот был и остается нашей единственной валютой и оборотными средствами.
Испытаний было немало. Зима 1998-99 года выдалась особенно тяжелой. Сена почти не осталось, из-за глубокого снега скот не мог кормиться в степи, начался падеж. Более половины взрослого поголовья скота пало. Чтобы уберечь остальных животных, всей семьей выезжали в степь на санях, искали брошенные в степи копнушки сена, бережно собирали их и сразу же везли скоту, дети трудились наравне со взрослыми, выкапывая вилами и руками из-под снега бесценный корм.
Сейчас начинавшееся с десятка овец хозяйство Кушкеновых имеет 50 лошадей, около 600 овец и коз, более 80 голов КРС.
— Заниматься животноводством нелегко, — признается Нурболат. — Несмотря на внедрение новых технологий, современную технику, оно все еще остается трудным занятием.
Очень важная пора в животноводстве — весенний окот. Его обязательно надо регулировать и готовиться заблаговременно.
Сейчас у братьев из более чем 500 овец 400 — маточное поголовье. За отарами во время окота присматривают два практиканта-сакманщика из Актюбинского сельскохозяйственного техникума.
— Овцы начинают ягниться в середине мая прямо в степи, и за день в отаре появляется по 30-40 ягнят. Поэтому следить за каждой маткой нужно беспрерывно, — рассказывает Нурболат. — Производство потомства тщательно контролируется. Осенью, где-то в конце ноября, в отару поочередно, по несколько голов, запускаются кошкары (самцы-производители). Их братья год назад купили в Уилском районе. Но используют самцов недолго. Через пару лет они теряют мужскую силу. Сакманщики внимательно следят в эту пору за стадом, они оставляют окотившуюся овцу с ягненком.
Ягнята каждые пять-десять минут получают молоко матери. Стоит на полдня затеряться в стаде, и мать уже не примет обратно. Нередки случаи, когда овцы приносят двойню. Тогда сакманщики повязывают им на шею разноцветные ленточки, чтобы знать, что это двойня.
Особых проблем у братьев нет, сожалеют лишь о том, что в хозяйстве нет электроэнергии.
— Вот здесь бы пригодилась помощь государства, — делится Нурболат. — Собственными силами провести линию электропередач нам не по карману, а электричество очень нужно. В стаде больше 40 голов маточного поголовья, а хозяйка успевает доить только десять коров. Если бы было электричество, приобрели бы доильный аппарат, производили больше свежей молочной продукции — сметану, творог, масло, курт, айран. Это самая здоровая и полезная пища.
Санат РАШ,
Мугалжарский район