Две беды равно четыре

 

Попалась мне газетная заметка. С интересным мнением иностранца о нас, жителях бывших союзных республик. Профессор, микробиолог, иммунолог приехала в Японию по обмену опытом. В такси ее вез веселый японец. Его маленькая дочурка нашла в машине кетчуп, измазала отцу рубашку, а он радуется, улыбаясь ей в зеркало. Профессор говорит: «Можно представить, если бы такое случилось у нас в машине!». «Да, у вас две беды», – отвечает японец. «Ага, дураки и дороги». «Тогда четыре! – ответил таксист, – вы не любите маленьких детей и не цените стариков… Посмотрите, вот стоит мужчина в дорогом костюме. Это самый богатый доктор в нашей префектуре. Получает от правительства много йен за работу», – с гордостью демонстрирует водитель. «А за что?» – интересуется профессор. «У него на участке нет ни одного больного», – последовал ответ. В этот момент женщине захотелось плакать. У нас ведь наоборот: чем больше больных, тем больше зарабатывает врач.
Да, и грустно, и весело одновременно. Прав японец. Эта заметка заставила задуматься. Работа в газете дает много информационной пищи на тему унижительного отношения к старикам: хамство кондукторов в автобусе, обсчитывание в магазинах, телефонное мошенничество, маленькая пенсия. А самая главная беда, когда эти старики остаются брошенными на улице родными людьми. Перечислять можно долго. Все это происходит на глазах у детей, внуков – того поколения, которое приходит на замену в виде нашей плоти и крови. Как там у Пушкина? «Нет, весь я не умру…». Что же мы ждем от детей? Часто у меня за стеной ругаются соседи – муж с женой. И какой опыт усвоят их дети? Культура старших отражает модель поведения младших.
Жестокость как норма: на хамство отвечать только хамством. Есть школа, детские сады, возразит читатель. Может, дипломированные педагоги придут на помощь? Нет, не придут, потому что учат они по новым правилам, где нравственные приоритеты не в цене.
Культуру можно впитывать и визуально, когда видишь ухоженный дом, двор, чистые мусорные площадки. Кошечку, которая лениво жмурится на солнышке, и никто не пнет ее. Ухоженный детский дворик, асфальтированные дорожки, ведущие от дома к школьному крыльцу. А где все это? Только в детских рисунках на тему «Каким я вижу город будущего». Мы забиваем места под гастритно-майонезные кафешки. Памятник летчику-космонавту Пацаеву заставлен будками с пирожками и напитками. Наш земляк затерялся среди карнавально-базарной пестроты лавочников.
Равнодушие становится новым диагнозом общества. И, увы, пока от этой болезни нет лекарств.

® За содержание рекламных материалов ответственность несет рекламодатель