Путь в небо начинается с земли

Известные авиаконструкторы Андрей Туполев, Сергей Королев, первый космонавт Юрий Гагарин и многие другие известные летчики, конструкторы, космонавты начинали свой путь к звездам в авиамодельных кружках. В нашем городе кружок авиа— и ракетомоделирования действует почти полвека. Более 40 лет актюбинские девчонки и мальчишки учатся покорять небо под руководством Юрия Соловьева. Педагог Академии творчества делится с «АВ» своими воспоминаниями и размышлениями.

На старте к звездам
— Мне было лет 13, когда я вместе с другом пришел в новый Дворец пионеров. Это был 1972 год, здание только ввели в строй, еще пахло краской и свежим деревом. Начитавшись книг о пиратах Карибского моря, мы бредили морем, дальними странствиями, поэтому решили идти в кружок судомоделирования. Но преподавателя не было, зато действовал кружок авиамоделирования, туда и записались. Мой товарищ через время перевелся в судомодельный, потом и вовсе забросил занятия, поняв, что бредить и строить — это разные вещи. А меня увлекли самолеты. Как могут мальчишке не нравиться небо, крылья, чувство полета? Торкнуло что-то, и остался в кружке. До сих пор я здесь.
Лучшие армейские годы
— Школу я окончил в 1976 году, тогда же директор Дворца пионеров Василий Николаевич Пак предложил мне работу в кружке авиамоделирования. Детский коллектив в советские годы составлял более 3 000 человек, мы жили единой дружной семьей, и я был одним из активистов. Руководитель нашего кружка к тому времени уволился, и мы, старшеклассники, почти полгода самостоятельно готовились к соревнованиям, выставкам. Конечно, я с удовольствием ухватился за предложение директора. Заниматься любимым делом, еще и деньги за это получать — просто предел мечтаний.
В армии благодаря занятиям в кружке попал в авиацию. Окончил школу младших авиаспециалистов, после курсов меня направили в одну из лучших частей — в Комсомольск-на-Амуре, в истребительную авиацию войск противовоздушной обороны. Причем не в эскадрилью, а в технико-эксплуатационную часть, где шла работа непосредственно по самолетам. То есть мы собирали их, разбирали, меняли агрегаты, проводили испытания. Я был специалистом группы управления: рули, закрылки, стабилизаторы, шасси и тому подобное. Служить мне очень нравилось. Хотел остаться там — природа красивая, молодой город, река Амур, тайга, тигровые лилии, горбуша, красная икра в трехлитровых банках. Причем просили остаться в армии. Приглашали работать на авиастроительный завод имени Гагарина, обещали дать направление в институт. При заводе действовал спортивно-технический клуб с роскошной авиамодельной секцией. Я готов был согласиться на их предложение, но моя мама сказала: «Юра, сынок, это же так далеко. Я ж к тебе даже приехать не смогу. Приезжай домой».

МАИ остался мечтой
— Вернувшись домой, через некоторое время поступил в Московский авиационный институт. Для военно-служащих были квоты, держали определенное количество мест, при том что конкурс был огромный — на одно место претендовали 20 человек. Но — не судьба. Я проучился там всего два месяца. Учиться было сложно. За годы армии я забыл школьные предметы, поэтому не мог претендовать на стипендию. Жить было еще сложней. Москва во все времена была дорогим городом, а сам я из очень скромной семьи. Просить поддержки родителей было стыдно. К тому же появилась альтернатива — армейский друг красочно рассказывал об авиасельхозработах. Поехал в Псков, устроился в авиаотряд механиком на самолет «АН-2». Через полгода приехал домой, в Актюбинск, встретил тут свою будущую жену. С тех пор я здесь. Работал во Дворце школьников, в Центре детского и юношеского творчества, сейчас веду занятия в Академии творчества, несколько часов у меня есть в Военном институте Сил воздушной обороны имени дважды Героя Советского Союза Талгата Бегельдинова.

Мастер спорта Советского Союза
Летать я не мечтал, никогда не рвался в летчики. И сейчас строить самолеты мне нравится больше, чем запускать. Собрал, к примеру, модель, знаю, что в любой момент могу продемонстрировать ее где угодно, при любых погодных условиях. Достиг своей цели, и интерес к этому самолету у меня уже пропадает, модель становится образцом для моих ребят.
Авиамоделизм — это спорт. Построить модель — одно дело, другое дело — что во время соревнований приходится очень много и активно двигаться. Это и физическая сила, и энергия, и моральный дух, и скорость, и точность. Есть у нас некоторые классы моделей, при запуске которых испытываешь такое напряжение, что к концу тура падаешь без сил.
Я сам мастер спорта СССР по авиамоделизму с 1990 года. С 1985 года являлся внештатным тренером сборной команды области по линии ДОСААФ. В те годы авиамоделизм был широко развит в области и республике. В городских соревнованиях принимали участие по 5-6 команд в полном составе. В Актюбинске проводились открытые первенства, на которые приезжали команды Оренбурга, Орска, Челябинска, и мы выезжали в другие города. На основе такой дружбы активно развивался наш спорт. В перестроечные годы было очень сложно сохранить коллектив, многие организации закрывались, педагоги уходили в бизнес, уезжали из страны — надо было как-то выживать. Но директор Дворца пионеров Павел Федорович Карпенко смог сохранить здание в центре города, удержал костяк преподавателей.

У нас будет свой кордодром
— Каждой эпохе — свое здание. В начале 70-х годов Дворец школьников казался нам особенным. Для меня он был и остается колыбелью, в которой я вырос. Сегодня, когда построили Академию творчества, она затмила все остальные организации дошкольного воспитания своей роскошью. И именно здесь может осуществиться моя мечта. Много-много лет я мечтаю о кордодроме — площадке для запуска авиамоделей. Самолетам нужен аэродром, ракетам — космодром, а нам нужен кордодром. Сейчас свои модели мы запускаем на приспособленных площадках, не можем провести слет, соревнования. Поэтому этот вид моделизма начинает чахнуть, держится только на энтузиастах.
Директор Академии творчества Шамшат Жубай донесла нашу идею до управления образования, оттуда предложение поступило в акимат.
Аким области поддержал инициативу, и по проекту «Бақытты бала» запланировано строительство кордодрома. Когда его откроют, Актобе станет обладателем уникального спортивного сооружения, аналогов которому нет в Казахстане. Кордодрома такого высокого уровня нет и в странах Центральной Азии, в России — по пальцам пересчитать.

Спорт и шоу
— Кордодром будет построен в нашем городе по мировым стандартам. Асфальтированная площадка диаметром 60 метров, с определенным уклоном, дренажными ямами, с сеткой высотой 6 метров по периметру. Плюс инфраструктура — места для спорт-сменов, зрителей, для торжественного построения. Рядом площадка для запуска радиоуправляемых моделей. То есть целый комплекс с освещением, ландшафтом.
Конечно, желательно, чтобы кордодром был построен недалеко от Академии, чтобы мы с ребятами могли за время занятий успеть провести там испытания, чтобы легче было добираться детям и взрослым на показательные выступления, соревнования. Авиамоделизм — красивый вид спорта, это шоу. Мы могли бы собирать зрителей в День космонавтики, к примеру. Могли бы проводить здесь международные мероприятия. Если у нас будет такой кордодром, моделисты других стран приедут к нам с удовольствием.
По высшему пилотажу
— Есть несколько классов авиационных моделей, их можно сгруппировать в три больших отряда: свободно летающие, кордовые и радиоуправляемые. Среди первых — планеры, аппараты с простейшим двигателем, легкокрылые конструкции. Кордовыми называют модели, которыми спорт-смен управляет с помощью проволочных нитей (корды). Есть модели, способные демонстрировать фигуры высшего пилотажа, есть скоростные модели-копии настоящих самолетов. Радиоуправляемыми могут быть как безмоторные аппараты, так и с двигателями внутреннего сгорания. Это самые сложные авиамодели.
Для строительства моделей мы используем стеклопластик, пенопласт, различные сорта фанеры, клей. В идеале следует мастерить модели из легкой древесины — бальзы. Это дерево растет только в Эквадоре, поэтому в советские годы такой материал было трудно купить из-за дефицита, а сейчас можно заказать по интернету, но стоят пластинки дорого, не каждому по карману.

Главное — желание
— Сегодня у меня занимаются четыре группы, это чуть больше 30 ребят 7-15 лет. Есть и девочки. Занятия в кружке бесплатные, но родителям приходится тратиться на расходный материал. К сожалению, не каждая семья может позволить себе такие траты. Строительство самой простой радиоуправляемой модели без пульта обойдется примерно в 20 тысяч тенге. Поэтому большую часть материалов я закупаю сам, спасибо супруге, которая понимает и поддерживает меня.
Наша программа рассчитана на детей начиная с пятого класса общеобразовательной школы. Но если приводят первоклассников, желающих заниматься авиамоделизмом, мы принимаем их. Сейчас, например, занятия посещает 7-летний мальчик, и я не нарадуюсь его успехам.
Авиаторы и нейрохирурги
— Среди моих бывших учеников есть выпускники местного института Сил воздушной обороны, Московского авиационного института, Рижского института инженеров гражданской авиации, Самарской авиакосмической академии, хотя моим кружковцам не обязательно становиться авиамоделистами или летчиками. Моторика пальцев, работа мозга, инженерная мысль дают свои результаты во всех сферах. Один из моих бывших учеников, например, работает в Москве ведущим врачом-нейрохирургом.
Я всегда говорю, что экономика страны и благосостояние населения зависят от инженеров-ученых. А чтобы они выросли, им нужно помогать.
Гульсым НАЗАРБАЕВА

Фото из личного архива Юрия Соловьева